Положение крючка с насадкой: 1 — правильное; 2 — неправильное.
Хороший результат (в одной и той же лунке) дает замена не только мормышки, но и насадки. Можно мотыля чередовать с репейником, насаживать «бутерброд» из репейника и мотыля, вообще отказаться от насадки. Важно и то, как надет мотыль. Я считаю, что при ловле окуня мотыля лучше всего насаживать полуколечком. Даже если приходится надевать на крючок несколько мотылей, последнего все равно надо насадить полуколечком, сдвинув остальных ближе к телу мормышки. При этом бывает меньше пустых поклевок.
В рыболовной литературе встречаются сообщения об удачном применении как зимой, так и летом приманок из различных материалов — резинок, шерстинок и т. п.
В последние годы рыболовы стали выше блесны подвешивать свободно передвигающийся тройничок с разноцветными наплывами из эпоксидной смолы. Популярны мормышки особой конструкции — «коза», «черт», «ведьма», «жук». Интересно, что ловля на них эффективнее без животной насадки. Правда, некоторые рыболовы надевают на крючки репейника, но главным образом — для запаха. Вообще же, в классическом варианте эти искусственные приманки имеют на крючках только бусинки или кусочки кембрика. Иногда бусинку надевают и на леску, по которой она свободно скользит. Преобладающий их цвет — желтый, но встречается и сочетание самых разных цветов.
В Подмосковье довольно много поклонников «черта». Они обычно ходят по водоему небольшими группами в поисках рыбы и перемещаются вслед за стаей.
Любопытное зрелище — опытные «чертят-ники» у лунки. Их движения напоминают пиление короткой пилкой, с довольно быстрым подъемом удильника вверх на метр, а то и больше.
Некоторые рыболовы устанавливают на леске по два или три «черта» на расстоянии 40—50 сантиметров друг от друга. Удильник обычный, кивок длинный—15—20 сантиметров.
При ловле окуня, впрочем, как и другой рыбы, важно знать, как меняется глубина на выбранном участке ужения. Подчас перепад даже в 5—10 сантиметров играет решающую роль. Чтобы уловить эти изменения, приходится переходить с лунки на лунку, не сматывая снасть на катушку, а перенося ее на руках. Делается это так. Закрепляют катушку, делают два или три перехвата лески, не выпуская удильника из рук, потом бросают его в сторону той лунки, куда собираются перейти. В полете удильник увлекает за собой 2—3 метра лески. Затем выбирают оставшуюся часть лески, осторожно зажимают мормышку в ладони, чтобы не подмерзла насадка, и быстро, обычно бегом, перемещаются на новую лунку. Удильник подтаскивают за леску. При этом на ней остается прежний спуск. По глубине в новой лунке определяют, есть ли перепад.
Если лед покрыт мокрым или пушистым снегом и удильник неудобно тащить на леске (на него налипает снег), применяют другой способ: леску наматывают на ладонь левой руки, а мормышку переносят в правой. Перейдя на новую лунку, сбрасывают с ладони леску, придерживая ее большим пальцем и следя за тем, чтобы она не запуталась.
В случае, когда удильник оборудован большой катушкой, можно сосчитать количество оборотов при сматывании и, запомнив их число, переходить на другое место.
Несколько слов о прикормке. Окунь хорошо идет на прикормленные места. Лучшая прикормка — мелкий мотыль. В стоячей воде, если глубина не превышает 4 метров, можно сверху бросать щепотки мотыля в лунку. Ha более солидной глубине или на слабом! течении лучше пользоваться кормушкой,! закладывая туда порции прикормки по) 15—20 граммов.
Прикармливать надо только перспективные,! на ваш взгляд, лунки. Если окунь стоит! в прикормленном месте, то он, как правило,! хватает приманку сразу, жадно. Порции) прикормки в таком случае хватает на 1,5-2 часа, затем можно повторить прикармливание. Бывают дни, когда рыба почти не перемещается и даже на прикормку идет неохотно, тогда приходится прикармливать) больше лунок.
В заключение несколько советов ловли окуня по перволедью. От того, как вы подготовились к рыбалке, зависит ее успех. Снасти, ледобур, насадки должны быть проверены заранее.
То же самое касается вашей экипировки. Одежда у вас — на любую погоду, все в ней приспособлено так, что вам не страшен ни мороз, ни дождь, ни ветер.
 

[ Адрес ]

Раздел: снасть для ловли рыбы, окуневые | [ ]

Ловля окуней

Ловля окуней на кобылки

Ужение на кобылки, в сущности, тоже ужение на весу, что употребляется оно преимущественно для зимней ловли в прорубях, реже для речной ловли с плотов летом, на несильном течении. Рыболовы предпочитают кобылки с двойчатками, которые в других местностях малоизвестны. Насадкой служит обыкновенно червь, реже мотыль, который требует мелкого крючка с длинным стержнем, не крупнее 8 №, и она должна лежать на дне или на 4 см от него. На кобылки, так же как и на длинную удочку без поплавка, можно ловить и на таком течении, где ловля с поплавком неудобна, так как требует частого перезакидывания; в этом случае употребляется уже более или менее тяжелое грузило, которое может лежать на дне, и малявка насаживается на крючок, как при ловле на донную.

Ловля окуней на донную, то есть на короткий удильник с очень длинной леской и тяжелым грузом, употребляется реже ужения на поплавок и на блесну по тем причинам, что окунь не отличается осторожностью и не держится на быстром течении. Удильник всего сподручнее можжевеловый, который, сравнительно с другими натуральными удильниками, может быть толще в комле, так что его удобнее держать в руке, и к тому же он очень гибок и упруг, даже высохший. Удильники, состоящие из короткой рукоятки точенной березовой, а еще лучше из толстого красного камыша, из которого делаются трости в виде усеченного конуса, в которую на 4-9 см вставлен почти заподлицо длинный 15-16 см кончик из китового уса, много красивее и надежнее можжевеловых. Длина удильника должна быть не менее 1 м и никак не более 1,5 м. Леска должна быть довольно крепкая так как вместо окуня может попасть и более крупная рыба, шелковая или волосяная в 8-12 волос, длиной 11-18 м; она непременно наматывается на крючки медные или деревянные, из которых нижний прикрепляется к шестику привязывается, ввинчивается, деревянные вклеиваются на 13-18 см от комля, а верхний — на 27— 36 см выше. Грузило состоит из пульки от 12 до 36 г весом, которая раскалывается до половины и надевается на леску в 22-36 см от крючка гораздо лучше, однако, грузило привязывать к леске на коротеньком поводке, так как в этом случае насадка не лежит на дне и потому виднее. Тяжесть грузила соразмеряется с силой течения, и груз отнюдь не должен приподниматься водой . Крючок, обыкновенной величины, привязан к леске на длинном поводке, лучше всего жилковом. Насадкой служит или червь большой и обыкновенный земляной, реже навозный, раковая шейка, изредка цельный линючий рак, или же мелкая рыбка голец, пескарик, мелкая плотичка или другая мелкая бель до 9 см длины. На верховку в закидку не ловят, так как она в реках не живет. Живец насаживается большей частью за верхнюю губу, причем крючок продевается в ноздрю но на более сильном течении выгоднее задевать крючок за обе губы живец крепче держится и его не так скоро забивает водой или крючок пропускается в рот так, чтобы острие его выходило из-под жаберной крышки. Лучше всех как насадка -голец впрочем, только не в каменистых местах, ибо он имеет привычку прятаться под камни, потому что скользкого гольца окунь всегда берет с головы, тогда как других живцов очень часто хватает на течении с хвоста и потому нередко срывает. Кроме того, голец долговечнее других живцов, употребляемых для ловли на донную, и представляет перед ними еще то преимущество, что гораздо чаще остается целым и невредимым, так как при подсечке выскальзывает изо рта рыбы и вздергивается на поводок. Местами вместо гольцов насаживают шиповок . В том случае, когда гольцов нет и окуни или голавли часто срывают живца, лучше привязать к поводку, на 4-7 см выше крючка, другой крючок первый задевается за хвост или спинку у хвоста, второй за губы. Можно также, как и при ловле голавлей, держать в руке небольшой запас лески 1,5-2 ми подсекать лишь, когда окунь вытянет всю леску.

Закидывание длинной лески донной удочки вещь довольно трудная, особенно при легком грузиле, и требует гораздо большего навыка и ловкости, чем закидывание обыкновенной поплавочной удочки. Главные условия закидки закинуть всю леску в намеченное место, чтобы она не попала на соседние, и не зацепить леской за шестик. Это совершается двумя или, пожалуй, тремя различными способами в ладонь правой руки кладут живца, грузило и часть лесы, свернутой в кольца левая рука держит шестик и на одном пальце удильник. Затем, когда груз достигнет дна что ощущается рукой, леску немного подтягивают к себе и удильник закрепляют втыкают в берег. При ужении на донную с лодки более правильном, чем ловля с берега леску собирают начиная от шестика, а не от крючка небольшими кольцами на колени или на сиденье, подальше от удильника, правой рукой берут за леску немного выше пульки и, сделав несколько размахов, закидывают. Способ этот неудобен тем, что при сильном размахе насадка часто слетает с крючка, особенно живец, задетый за губу, а потому гораздо лучше, собрав леску, как сказано, уложить насадку и пульку в ладонь и, не вставая, закинуть от себя, но как можно выше. Что касается подсечки, то при ловле на донную она должна следовать немедленно за тем, как почувствуется так называемая потяжка, которую легко отличить от предварительных постукиваний и пощипываний. Здесь, впрочем, окунь еще чаще сам себя подсекает, чем при ловле на поплавочные удочки.

Самая добычливая и самая характерная ловля окуня это ловля на блесну, или блесненье. Блесной называется блестящая металлическая пластинка или трехгранный кусок олова, имеющие форму рыбки. На одном конце блесны проделывается отверстие, к которому привязана леска, а с другого приделывается крючок. Блесна, поддерживаемая в постоянном движении, видна в светлой воде на довольно большое расстояние на несколько метров окунь, принимая ее за живую рыбку, схватывает ее и зацепляется за крючок. Преимущества этого способа ловли очевидны он не требует насадки живца или червя, доставать которую кроме мотыля поздней осенью и зимой очень трудно, если не невозможно, и сохраняет много времени,так как дает возможность поймать вдвое, втрое более рыбы, чем с насадкой. Ловля на блесну, однако, может быть, успешна только в таких местах, где окуня много, и тогда, когда он собрался в большие стаи то есть не ранее августа и весны и вода сделается достаточно прозрачной. Весной и летом окунь берет на блесну обыкновенно лишь случайно.

Блесны делаются обыкновенно или из олова, или меди, но, конечно, вместо меди можно употреблять различные сплавы, имеющие вид серебра британский металл, польское серебро, нейзильбер, мельхиор, да и вообще медные блесны лучше серебрить, так как они тогда становятся более заметными в воде и окунь берет на них . От хорошей блесны, кроме блеска, требуется еще, чтобы она опускалась в воду не камнем, а более или менее плашмя и притом быстро колебалась с боку на бок . С этой целью блесны делаются или плоские с выгибом, или же имеют трехгранную форму, причем весьма важно определение центра тяжести всей блесны, иногда с поводком. От неуменья придать блесне надлежащую форму и происходит то, что некоторые любители совершенно не признают оловянных блесен, однако, самых распространенных. Прежде чем ловить на блесну, необходимо ее предварительно попробовать дома, в кадке. Вообще можно принять за правило, что для осеннего блесненья оловянные более тяжелые и быстро падающие блесны лучше медных, которые, в свою очередь, пригоднее для блесненья подо льдом зимой, когда окунь становится очень вялым. По этой же последней причине зимняя блесна имеет обыкновенно только один крючок без бородки, тем более, что и пойманная рыба снимается тогда легче в скорее. Величина окуневых блесен не бывает меньше 1,7 см и более 7 см. Крючок очень часто прикрывается кусочком красного сукна, что делает их еще более заметными в воде.
 

[ Адрес ]

Раздел: снасть для ловли рыбы, окуневые | [ ]

Окуневые рыбы

Окуневые рыбы

Тело окуня продолговатое, умеренно сжатое с боков. Оно покрыто мелкой, плотно сидящей чешуей, края которой имеют шипики. Чешуя имеется и на щеках. Рот широкий, на костях ротовой полости имеется несколько рядов щетинковидных зубов. На заднем крае жаберных крышек расположены острые шипы. Первый спинной плавник имеет лишь колючие лучи, во втором — они преимущественно мягкие. Брюшные плавники также имеют колючие лучи. Боковая линия полная.

Окраска тела зеленовато-желтая с темными поперечными полосами. Спина темно-зеленая, брюхо белое. Колючий спинной плавник голубовато-красного цвета с черным пятном на перепонке между двумя последними лучами. Мягкий спинной плавник зеленовато-желтый. Грудные плавники желто-красные, брюшные, анальный и хвостовой — ярко-красные. Окраска окуней очень изменчива; она зависит от условий обитания. Например, в глубоких озерах и в лесных торфяных озерах его окраска темнее, чем в мелководных, хорошо освещаемых озерах с песчаным дном и ограниченным развитием растительности. Держится окунь у поросших кустами берегов на небольшом течении или в заливах, старицах, а также вблизи всевозможных сооружений (сваи, мосты и т. п.) в русле реки. Его стайки можно встретить вблизи обрывистых берегов, где имеются закоряжен-ные места, редкая растительность как на берегу, так и в воде. Он избегает участков рек с быстрым течением, порогов, мелких песчаных или каменистых перекатов. Окунь держится на некотором расстоянии ото дна. В озерах он обитает вблизи водной растительности, иногда среди редких ее зарослей. На мелководье выходит редко. Это случается преимущественно во время его охоты за мальками рыб. Его стайки, состоящие преимущественно из особей близких размеров, ведут относительно оседлый образ жизни. Более крупные особи держатся в одиночку.

В водохранилищах окунь чаще встречается в их верхних и центральных участках, где имеются мелководные участки — залитая пойма, а также заливы устьевых участков притоков.

Окунь предпочитает держаться в чистой, богатой кислородом воде. Поэтому при наступлении заморных явлений как во время зимовки, так и в период «цветения» воды он гибнет одним из первых. Наблюдениями установлено, что окунь при недостатке кислорода не пытается уйти из заморной зоны, а опускается на дно, где и погибает. В то же время он выдерживает высокую кислотность воды, в связи с чем может обитать в торфянистых озерах, где не могут жить другие рыбы. Перед размножением стаи окуня укрупняются. Они состоят из особей разных размеров. После икрометания и весеннего паводка стаи распределяются на небольшие стайки, которые избирают постоянные места для своего обитания. Для зимовки они уходят на более глубокие места, продолжая сохранять стайность. В погоне за рыбкой окунь может выскакивать над поверхностью воды и гоняться за ней до тех пор, пока не поймает или она не уйдет из его поля зрения. Часто наблюдаемые всплески воды являются результатом нападения окуня на стайку уклеек или плотвы.

При прогреве воды до температуры 9-12° окунь приступает к размножению, что обычно наблюдается в последние дни марта и в апреле. Для нереста он собирается в стаи. В начале нерестового периода на местах размножения преобладают самцы, которых в это время бывает в два-три раза больше, чем самок.

В разгар нереста количество самок значительно увеличивается. Первыми обычно подходят на нерестилища и откладывают икру более крупные самки окуня, позже подходят и нерестятся более мелкие производители. Для размножения стаи окуня выходят на мелководные участки с прошлогодней растительностью, твердым дном, где течение почти отсутствует. Самка откладывает всю икру за один прием. Кладка представляет собой полую трубку или ленту из икринок, склеившихся набухшими ободочками в ленту, длиной до 1,5 м. Ленты икры откладываются на стебли травяных и древесных растений. После нереста самки оставляют места нереста и отходят на глубины. Личинки, вышедшие из икры, держатся некоторое время стайками на мелких местах около берегов, вблизи нерестилищ. Позже они распространяются на большие территории, а во время спада воды мальки уходят в реку, хотя большое количество их остается в пойменных водоемах.

Половой зрелости окуни достигают на третьем, иногда на втором, а в большинстве — на четвертом году жизни. Плодовитость самок с увеличением размеров увеличивается. Например, у самок окуня из Кременчугского водохранилища длиной 15-20 см. количество икринок колебалось в пределах 8,1-20,4 тыс., а длиной 31-33 см — в пределах 68,2-85,2 тыс. штук. В то же время плодовитость самок в условиях водохранилища возрастает по сравнению с их плодовитостью в условиях реки. Так, у четырехгодовалых самок из Днепра насчитывалось около 5,4 тыс. икринок, из Киевского водохранилища — 14,9 тыс., у восьмигодовалых — соответственно 40,3 тыс. и 119, 6 тыс. икринок.

Отмеченная неравномерность в росте молоди объясняется растянутостью периода нереста окуня, а также условиями обитания мальков. Наиболее интенсивно окунь растет в течение первых двух-трех лет, с возрастом темп роста замедляется. Например, в верховье Днестра его годовики в среднем достигали длины 4 см, шестигодовики — 21 см. В низовье Южного Буга окуни росли несколько интенсивнее; так, длина тела одногодовалых особей составила в среднем 5,3, шестигодовалых — 25,3 см. Сброс подогретых вод в водоемы может способствовать усилению темпа роста окуня. Например, в Северском Донце в зоне сброса подогретых вод его одногодовалые особи имели длину свыше 8, а трехгодовалые — до 19 см. В уловах преобладают окуни длиной 10-20 см.

Окуни питаются разнообразной пищей. Они охотятся на бычков, окуня, густеру, плотву, уклею, верховку, щиповку, поедают речных раков, лягушек, моллюсков, пиявок, личинок насекомых. Окуни, обитающие в прибрежных участках, питаются преимущественно мелкими организмами водной толщи, крупные чаще охотятся на молодь различных видов рыб. Наиболее интенсивно питаются окуни с середины весны до середины лета и осенью до холодов, в жаркое время (летом) менее интенсивно.
 

[ Адрес ]

Раздел: окуневые | [ ]

Окунь

Окунь (Регса fluviailis)

Окунь (Регса fluviailis)

Окунь распространен почти повсеместно во всех озерных и речных водоемах страны. Встречается в больших и средних прудах. Не водится в речках и ручьях с холодной водой, отсутствует в горных, быстротекущих речках. Пресноводный окунь не уходит в моря, где обитает его сородич — морской окунь, отличающийся строением тела, размером глаз и другими признаками.

Обычный вес окуня в четырехлетнем возрасте 80—100 г. Дальнейший прирост веса в среднем колеблется от 50 до 80 г в год, в зависимости от условий питания и среды. В водоемах с неблагоприятными условиями обитания окунь растет очень медленно и весит не более 100— 200 г. При нормальных условиях он достигает веса 1,5—2 кг и как исключение в некоторых озерах — 5 кг. Излюбленные места обитания окуня вне времени миграций в озерах — подводные откосы островов, каменистые луды и затопленные гряды, участки около лежащих на дне крупных камней и коряг, глубокие обрывистые места с твердым грунтом.
В реках окунь любит глубокие ямы, места с замедленным течением, а при значительном течении предпочитает держаться за мысом. Охотно стоит вблизи свай мостов, затопленных деревьев, кустов и коряг. Под плотинами находится в стороне от водной струи, на тихом обратном течении, а когда прекращается сброс воды, приближается к месту слива и заходит под настил. Обитает под плотами, стоящими на приколе, под мостами пристаней, около долго стоящих барж. В речках с меняющимся рельефом берега, предпочитает крутояры с тихим течением и берега с деревьями, нависшими над водой.

В больших водоемах любит заводи, местами заросшие водной растительностью. Здесь груп-пируется в большие стаи и часто преследует малька, укрывающегося среди растительности. При-сутствие стайки окуня сказывается на поведении малька. Он, спасаясь от преследований окуня, рассыпается около поверхности воды в разные стороны. Вода покрывается рябью, словно от горсти брошенного песка. Если окуни собрались в большую стаю, начинается бурное преследо-вание малька с характерным «чавканием». Малек разбегается, уходит в водные травянистые заросли, и окуневая стая, прекращая охоту, постепенно разбредается с тем, чтобы сгруппи-роваться в новом месте.

Перед началом ледостава часто наблюдается значительное передвижение окуня, причем стая иногда разбредается, и окунь встречается небольшими стайками почти повсеместно. Затем после становления льда он снова собирается в стаи, группируясь по возрасту, и обычно располагается вблизи от места своей основной зимней стоянки.
Зимой в водоемах с изменяющимся уровнем воды по мере ее спада окунь передвигается на более глубокие места, причем излюбленными путями передвижения служат русла затопленных речек, ручьи, бровки оврагов и лощин. Из водоемов с неблагоприятным кислородным режимом уходит в речки, поднимаясь по ним до свежей воды. При этом группируется в омутах и в местах с ровным слабым течением. Речки, вытекающие из заболоченных мест, и озера с плохим кислородным режимом, вызванным гниением водной растительности, окунь покидает вскоре после ледостава и уходит в водоемы со свежей водой.
В закрытых прудах и озерах с плохим кислородным режимом в середине зимы окунь уходит
с илистого грунта на песчано-галечный. Там, где таких мест нет, поднимается из придонного слоя воды на 1—1,5 м выше и ко дну не опускается до появления талых весенних вод. Зимой при сравнительно теплой, ровной погоде наблюдается выход окуневой стаи на мелкие песчаные отмели, с редкой водной увядшей растительностью. Выходит сюда окунь мелкого и среднего размера, а крупный продолжает оставаться вблизи от глубоких мест и подходит к мели лишь изредка.

Нерест окуня начинается на юге страны в марте — апреле, а на севере —в мае, причем иногда протекает с затяжкой, и отдельные экземпляры с молоками и икрой попадаются даже в июне. Нерестится окунь обычно около прошлогодней водной растительности, на небольшой глубине, причем в большие стаи на нерест не собирается. После нереста уходит к местам летних стоянок, где и держится сравнительно оседло, до на-ступления осени. С началом похолодания постепенно собирается в большие стаи, держась на средней глубине и в глубоких местах.
Мелкий окунь питается различными водными насекомыми, а подрастая, становится хищником.

Ловят окуня несколькими способами. Летом самой обычной и распространенной является ловля поплавочной удочкой на червя. Ловят одновременно на 2—3 удочки. Берет окунь решительно и жадно, иногда глубоко заглатывая насадку. Однако так бывает не всегда. Крупный и средний окунь иногда берет на червя не охотно. Применение других насадок — личинки миноги, мелкого пескарика и малька — дает лучшие результаты. При отсутствии пескаря можно ловить на мелкого карасика или ерша. Живца следует насаживать на одиночный крючок № 5—7 с жилковым поводком толщиной0,25— 0,3 мм. На течении живца надо насаживать за обе губы, а в стоячей воде — за спинку. Ловля на живца может производиться поплавочными удочками и плавучими жерлицами.
Другими хорошими насадками служат личинка стрекозы (казарка), мясо рака, кусочки свежей рыбы, глаз рыбы, мотыль, мормыш, личинка ручейника. В глухих лесных озерах иногда бывает успешна ловля на местных водных насекомых и личинку ручейника.

На лесных озерах при ловле с плота можно применить для привлечения окуня к месту ловли следующий необычный прием. Забросив 2—3 удочки и убедившись в течение 5—6 мин. в от-сутствии поклевок, надо опустить кончик удилища в воду и 5—10 сек. быстро крутить им у по-верхности. Вслед за этим и нередко сразу же начинаются поклевки окуня.
Осенью, при первом похолодании, в небольших речках окуня можно успешно ловить на мелкого лягушонка.

В местах летнего обитания окунь успешно ловится спиннингом на небольшие, вертящиеся блесны типа «спиннер», «универсальная», «трофимовская», «байкал», белого или желтого цвета, оснащенные небольшим тройкичком, замаскированным красной шерстью. Берет и узкие колеблющиеся блесны, но менее охотно.

При поимке одного окуня следует тщательно обловить район поклевки, так как окунь держится часто стайкой. Вести блесну лучше в придонном слое или в полводы, поблизости от подводных камней, коряг, уступов и т. п.
Иногда пойманного окуня сопровождает стайка остальных окуней. Заметив это, последующий заброс надо делать ближе и внимательно следить за' передвижением стайки.

На слабом течении или в стоячем водоеме интересна летняя ловля окуня на зимнюю блесну с лодки в отвес. Лодка медленно двигается по ветру, и блеснение идет непрерывно, обычно вблизи от дна, на глубинах около 4—6 м. Если ветер быстро движет лодку, можно применить небольшой волочащийся по дну груз или встать на якорь с длинным шнуром. Там, где обнаружена стоянка окуня, для ориентировки следует бросить в воду буек.

Блесны целесообразнее применять серебреные или желтые, узкие, длиной 3—4 см с одинарным впаянным крючком. Ловить можно летними и зимними удочками.

Порой успешна и интересна ловля на зимнюю блесну поверху в заброс, с длинным (3—4 м) летним удилищем. Длину лесы берут немного короче удилища, что позволяет быстро вынимать окуня из воды. В руках должно находиться лишь одно удилище, а два запасных можно держать в лодке на случай обрыва блесны. Эту ловлю лучше вести на утренней заре, при отсутствии волны. Лодку останавливают на озере или водохранилище недалеко от островков водной растительности. Внимательно осматриваются кругом (иногда с помощью бинокля) и, заметив по всплескам жирующую стаю окуня, быстро и бесшумно подъезжают к ней.
Остановив лодку в 5—6 м, забрасывают блесну в место «боя» и плавно тянут ее к себе, не давая погружаться. Поклевка обычно следует сразу же, а в случае схода или промаха блесну хватает другой окунь. Провожая «счастливца»с блесной во рту, к лодке подходят еще несколько окуней. Успех этой ловли зависит от быстроты действий и точных движений рыболова. Если клев кончился, надо опять осмотреться, найти отошедшую стаю или искать другую.

Вытаскивать окуня надо с разумной поспешностью. Он упорно сопротивляется при вытаскивании и легко рвет на крючке свои слабые губы. Сорвавшись, окунь нередко уводит за собой всю стайку. Однако медленное вываживание тоже может распугать стаю. Поэтому действовать надо проворно, но без резких рывков.

Летом можно ловить окуня на мормышк у длинным удилищем с «кивком» на конце его. Если «кивка» нет, поклевка ощущается непосредственно рукой рыболова, держащей удилище. Так ловить можно с лодки, с берега или с моста, опуская мормышку отвесно вниз и поднимая ее затем короткими небольшими толчками или медленной плавной потяжкой. Лесу часто удобнее брать короче удилища. При ловле с лодки на глубине свыше 4 м можно пользоваться короткими зимними удилищами и лесой, достающей до дна.
Большое значение имеет знание рельефа дна. Обычно окунь держится в придонном слое воды, поэтому, пользуясь глубомером, надо следить за глубиной погружения насадки. Обычно насадку можно держать в 15—25 см от дна. Иногда окуня следует искать в верхних слоях воды, например когда он охотится за мальком.

Лучшее время ловли — утренние часы. Вечерний клев короче. Во время жора и при благоприятной погоде окунь ловится и днем.
Зимняя ловля окуня очень интересна и имеет свои особенности. Наиболее хороший период ее — перволедье, примерно в течение первых 15 дней. Затем клев обычно начинает затихать. На многих небольших закрытых водоемах ловля окуня бывает хорошей лишь в первые 2—3 дня ледостава. На больших озерах, водохранилищах и реках хороший клев продолжается и свыше 15 дней. Это зависит от погоды, изменения уровня воды и времени становления льда.

В зимних условиях, особенно по перволедью, окуня можно найти скорее, чем летом. Зимнюю ловлю окуня целесообразнее всего начинать на блесну, а затем, по мере ослабления клева, следует переходить на ловлю с мормышкой и на малька. В начале зимы можно применять более легкие, хорошо играющие блесны. В это время окунь еще подвижен и бросается за уходящей от него блесной. Позднее, в середине зимы, лучше пользоваться небольшими, но тяжелыми блеснами. Вялый окунь уже не гонится за подвижной блесной, а скорее берет ту, которая лишь слегка колеблется. Следует также переходить и на замедленное блеснение, с удлиненной паузой и коротким, едва заметным, опусканием блесны после нее.

На крючок блесны целесообразно насаживать глаз окуня, причем лучше не целиком, а взяв из него лишь желтую пленку зрачка. Она надежно держится на крючке и не мешает движениям блесны. При тонком крючке и небольшой блесне можно насаживать мотыля. Это отличная насадка, широко применяемая московскими рыболовами. В Сибири и на Урале применяется мормыш, которого окунь берет очень охотно. Иногда насаживают червя или кусочек рыбы, но это дает слабый эффект. Хорошие результаты приносит насадка малька размером 3—5 см.

В малооблавливаемых больших водоемах, вместо указанных насадок, на крючок блесны можно привязать небольшую красную шерстинку. Поклевки окуня на блесну бывают различными. Иногда это толчок, ощутимый рукой, держащей удилище. Порой это едва заметный подъем лесы с изменением ее изгиба у конца удилища. Так бывает, когда окунь берет блесну снизу и немного поднимается с ней. В любом случае нужно немедленно сделать короткую подсечку.

Особенно интересна зимняя ловля на мормышку. Окунь берет на нее лучше, чем на другие снасти, даже в самое неблагоприятное время, в середине зимы. Характер поклевок на мормышку тоже различен. Так, в период перволедья и в конце ледостава обычно окунь берет мормышку смело и решительно. «Кивок», находящийся на конце удилища, указывая поклевку окуня, сгибается коротким резким движением. Среди зимы окунь берет вяло, нерешительно. В одной лунке попадаются лишь одна-две рыбы, после чего поклевки прекращаются. Но если в пяти-десяти шагах пробить новую лунку, опять возникает несколько поклевок.
В это время поклевка сказывается на «кивке» обычно так: он медленно и незначительно изгибается вниз, а иногда приподнимается и выпрямляется. В первом случае окунь взял мормышку и вяло отошел в сторону, а во втором — взяв приманку со дна или снизу, приподнялся вместе с ней.

В середине зимы окунь мало передвигается, на нем появляются серые мелкие пиявки, которых можно увидеть на пойманной рыбе. На водоемах с регулируемым, стоком по мере спада воды окунь меняет места стоянок. Бывает это и в том случае, когда над стоянкой пробито во льду много лунок. Частая ошибка рыболова — поиски окуня по «старым» лункам на брошенной стоянке.
В марте — апреле, глядя в лунку на неглубоком месте (около 1—2 м), можно наблюдать за поведением окуня около мормышки. На фоне песчаного светлого дна, освещенного весенним солнцем, просвечивающим сквозь толщу льда, можно увидеть много интересного. Вот около опущенной мормышки кружком собралось 5—8 окуней. Они словно разглядывают ее, медленно
шевеля жаберными крышками. Если мормышка поднимается, окуни следуют за гей, если спу-скается, провожают ее или медленно отплывают в сторону. Иногда при подъеме мормышки в стайку сопровождающих ее окуней вдруг врывается подошедший со стороны и решительно берет мормышку в рот. «Кивок» в таких случаях делает резкое движение.

Иногда стая окуней, провожающих мормышку, не берет, несмотря на все ухищрения рыболова.Тогда надо попробовать опустить мормышку на дно и, не поднимая, медленно пошевелить ее. Нередко один из окуней, привлеченный этим приемом, опускается и берет мормышку со дна. В этом случае натяжение лесы ослабевает и «кивок» выпрямляется.
Иногда окунь останавливается около мормышки, широко открывая рот, шевелит жаберными крышками и втягивает ее вместе с водой в рот. Но часто он сразу же выплевывает ее так, что она отлетает в сторону. Такая поклевка замечается опытным рыболовом по легкому движению лесы и «кивка».
В период такого осторожного клева большое значение в ловле имеет самая тонкая леса (напри-мер,жилка диаметромО,10 мм и тоньше) и маленькая темная мормышка. На висящую неподвиж-но мормышку окунь берет редко и неохотно. Это относится и к ловле окуня на висящую мормыш-ку с применением поплавка.
В середине зимы возможна ловля окуня с глубины 5—7 м на мормышку с насадкой (мотыль, червь), лежащей на дне. В этом случае мормышка служит лишь грузиком. Поклевка указывается легким конусным поплавком, опущенным на 4—5 см ниже поверхности воды.
Можно отметить, что поклевки крупного окуня при ведении мормышек вверх обычно бывают с плавным нажимом «кивка». Мелкий окунь дает знать о своей поклевке резким рывком.
При ловле окуня на блесну или мормышку следует обращать внимание на движение лесы в лунке при поклевке. Так иногда можно определить направление движения стаи рыбы.

Некоторые рыболовы перед ловлей прикармливают окуня. Это имеет значение, когда для прикормки применяется живой мормыш или малек. Разбегаясь под льдом, он привлекает окуня. Остальные приманки в прикормке не дают ожидаемого результата. Так, замечено, что окунь часто не обращает внимания на свободно падающего ко дну червя или мотыля.
При хорошем клеве стаю окуня можно поднять со дна ближе к лунке, постепенно укорачивая спущенную лесу при каждой очередной поимке рыбы. Делать это надо очень быстро, иначе стая отойдет от лунки.

Некоторые рыболовы, видя успешную ловлю окуня, пытаются подсаживаться близко к обла-дателю «счастливой» лунки. Делать этого не следует. Обычно все оканчивается тем, что ловля в этом месте вскоре прекращается. В случае, когда стая окуня занимает большой участок водоема, успех ловли у всех рыболовов будет примерно одинаковым. Однако и в этой стае где-то сгруппируются более крупные окуни, чаще всего в более глубоких местах участка.

При блеснении в утренние часы лучше искать окуня у самого дна, а с 10—11 часов утра перехо-дить на поиски в 1 —1,5 м выше дна. К концу дня ловля обычно снова успешнее около дна. Это относится и к ловле с мормышкой. Можно отметить еще одно явление в повадках окуня. С утра и к вечеру средний окунь нередко выходит на более мелкие места, ближе к берегам, а в середине дня перемещается на глубокие, расположенные поблизости от этих мелей.
 

[ Адрес ]

Раздел: окуневые | [ ]

Окунь восточный

Окунь восточный

Тело умеренно удлиненное, сжатое с боков. Его высота укладывается 3 раза в длине. Черепные гребни и шипы развиты слабо. Чешуя на нижней челюсти отсутствует. Хвостовой плавник без выемки. Окраска верхней части тела коричнево-фиолетовая, переходящая к брюху в более светлую. Плавники темноватые, хвостовой по заднему краю светлый. Брюшина черная. D XIII, 13-15; A III, 6-8; P 16-17; GR 33-39; LL 40-49; Vert. 26-27. Придонный прибрежный вид средних размеров. Достигает длины 32 см. Обитает на прибрежном мелководье от уреза воды до 120 м. Обычен среди зарослей зостеры, изредка заходит в устья рек и озера, соединенные с морем. Наиболее высокие скопления восточного окуня отмечаются среди каменистых россыпей и скал в зоне глубин от 6 до 15 м. Здесь он держится в дневное время, а вечером перемещается в заросли морских трав. Молодь ведет пелагический образ жизни, встречается не только в прибрежье, но и над глубинами. Половозрелым становится на 3-4 годах жизни. Половозрелые особи разных полов хорошо различаются друг от друга наличием копулятивного органа у самцов. Оплодотворение внутреннее. Сперма сохраняется в половых путях самки в течение нескольких месяцев, и только при благоприятных условиях (повышение температуры воды, достижение ооцитами определенной стадии развития) наступает оплодотворение и в дальнейшем — вымет свободноплавающих личинок. Личинки отмечаются в пелагиали в июне-июле. По характеру питания восточный окунь является полифагом, потребляющим планктонных и бентосных ракообразных и рыб. Пищевая активность наиболее высока ночью. Окунь покидает дневные убежища и совершает небольшие по протяженности миграции к зарослям зостеры или морских водорослей, где активно охотится. С рассветом вновь возвращается к валунам и скалам, где прячется от хищников. Наибольшую опасность для молоди окуня представляют бакланы, тюлени-ларги, колючая акула.
 

[ Адрес ]

Раздел: окуневые | [ ]

окунь

ОКУНЬ Эта всем известная рыба вместе с плотвой принадлежит к самым многочисленным обитателям наших пресных вод: всюду — в реках и речках, озерах, даже непроточных прудах с достаточно свежей водой — окунь водится в изобилии

Некоторые озера даже заселены одной этой рыбой, и она водится как в солоноватых озерах Киргизских и Зюнгарских степей, так и в пресноводных частях Каспийского и Аральского морей, в речных лиманах Черного моря и поблизости этих лиманов, в Финском заливе и на мелководье Балтийского побережья (о-в Эзель), ее не бывает только в горных быстро текущих ручьях. Окунь встречается во всей Европе (кроме Испании) до 69° с. ш., на Кавказе (кроме бассейна Куры), в Туркестанском крае (в Аральском море и в низовых частях Сыр-Дарьи и Аму-Дарьи), в большей части Сибири, до бассейна Лены, по-видимому, и в озере Байкал (Георги). Всего обыкновенное он в средней и южной России и средней Сибири, а в северных реках, например в Печоре, уже довольно редок; на Енисее, ниже Туруханска, он не встречается. Озера с чистой водой составляют любимое местопребывание окуня, и в них он лучше всего размножается.
По своему складу и цвету тела окунь легко отличается от всех других наших рыб. Туловище его довольно широко, особенно у крупных окуней, и несколько горбато; спина темно-зеленая, бока зеленовато-желтые, брюхо желтоватое; поперек всего тела тянутся 5-9 поперечных темных полосок, которые делают его очень пестрым; в некоторых случаях эти полоски заменяются темными, неправильными пятнами. Кроме того, хвостовой плавник, особенно в нижней своей части, заднепроходный и брюшные плавники ярко-красного цвета; грудные плавники желтые, первый спинной плавник сизый, с большим черным пятном на конце, второй — зеленовато-желтый. Глаза оранжевые. Впрочем, цвет окуня зависит, как у большинства рыб, от качества воды, а еще более от цвета грунта. Поэтому окуни в прозрачной воде со светлым песчаным или глинистым дном очень светлы, иногда даже без черного глазка на спинном пере и с малозаметными поперечными полосками. Наоборот, в лесных озерах с черным тинистым дном они имеют более темные полосы, более темную спину и ярко-желтое брюхо. В некоторых местностях (как, например, в Сенежском озере, Московской губернии) окуни имеют даже золотистые жаберные крышки. Кроме того, следует заметить, что молодые окуни до двухлетнего возраста одноцветное, достигших половой зрелости, и что самые крупные сравнительно темнее. На жаберных крышках находится по одному острому шипу, которые очень больно колются и даже могут причинить опухоль и легкое воспаление. Рот очень велик, вооружен многочисленными, но очень мелкими зубами. Обыкновенная величина окуня не превышает 800-1200 г. В весьма редких случаях он достигает у нас 2-2,5 кг и только в больших озерах, например Онежском, попадаются 3,2-килограммовые, а в Чудском даже 4-килограммовые окуни. Но в реках и озерах Западной Сибири подобные гиганты не составляют уже очень большой диковинки, и в озерах Екатеринбургского уезда в настоящее время попадаются громадные окуни в 4-4,8 кг. Впрочем, крупные окуни вовсе не так велики, как бы следовало ожидать, что зависит от того, что они растут более в толщину и вышину, нежели в длину. Они почти никогда не бывают более 54 см, но зато толщина их в спине простирается иногда до 18 см, а вышина до 27 см.
Смотря по величине, а также времени года, окунь держится в более или менее глубоких местах реки или озера. Летом мелкие и средние выбирают своим местопребыванием заводи, курьи, поросшие водяными растениями (лопухами, горошницей — Potamogeton, камышом и тростником), которые служат им также засадой при ловле мелкой рыбешки, и вообще держатся на большой глубине, но осенью выходят на более открытые места. Крупные же окуни постоянно живут на глубине — в омутах, ямах — и выходят оттуда только по утрам и под вечер. В Финском заливе и в больших северо-западных озерах они постоянно держатся на глубине десяти и более сажен, между камнями. В Онежском озере, например, они нередко встречаются на такой огромной глубине (до сорока и более сажен), что плавательный пузырь у них расширяется, сдвигает другие внутренности, иногда вдавливая желудок в самую глотку, а иногда даже совсем лопается. В теплое время года окуни обыкновенно замечаются небольшими стайками, в несколько десятков, редко сотен штук, и то мелких, годовалых, но весной, перед нерестом и особенно в конце осени, они собираются в огромные стаи, которые состоят из рыб одинакового возраста и бывают тем многочисленнее, чем они мельче, так что самые большие стаи бывают осенью и состоят из сеголетков и полуторагодовалых окуней. Судя по тому, что они ловятся в большом количестве почти всю зиму неводами и на удочку, надо полагать, что эти стаи разделяются на меньшие только ранней весной. Вообще окунь — рыба оседлая, никогда не совершает дальних странствований, даже перед нерестом, и нередко, как например в прудах и озерах, живет круглый год в одном и том же месте. Это замечается, например, в зауральских озерах, во всякое время в глубоких курьях (заливах) этих озер замечаются огромные окуни.
Крупный окунь весьма проворная, сильная и хищная рыба. Надо удивляться жадности и упорству, с каким он преследует поверху какую-нибудь рыбку, отбитую им от станички. Несчастная рыбешка, как шальная, выпрыгивает из воды, а окунь кружится за нею, раскрывая свою огромную пасть с громким чавканьем до тех пор, пока не схватит ее. Чавканье крупного окуня так громко, что в тихую погоду его можно слышать шагов за сто. Мелкие окуньки не уступают крупным в бойкости и проворстве движений. Кто не видал, как охотятся стаи окуньков за мальками, то есть молодью других рыб; случается даже, что они, увлекшись преследованием, выскакивают вслед за своей добычей на мель, даже на прибрежный песок. Плавают окуни очень быстро, однако толчками, часто внезапно останавливаясь и потом опять бросаясь вперед. Окунь не дает спуску никакому живому существу, начиная от мелких водяных насекомых и кончая довольно крупными рыбами, лишь бы она пришлась ему по силам и могла поместиться в его широкой пасти. Сам же он сравнительно редко достается в пищу другим хищным рыбам, которым не нравятся его острые спинные иглы. Главная пища окуня — мелкая рыбешка, также икра; крупный окунь любит раков и во время линьки последних держится у камней, коряг, под берегом — одним словом, около рачьих нор. Мелкие рачки из рода бокоплавов (Gammarus) и других близких, встречающиеся во многих озерах северной, частью средней России, также составляют весьма лакомую пищу этой рыбы. В зауральских озерах так называемый мормыш, по-видимому, составляет главную пищу окуней с октября по декабрь и в феврале — марте. Этим объясняется, почему в озерах, изобилующих мормышом, окунь растет чрезвычайно быстро и достигает огромных размеров.
Половая зрелость наступает обыкновенно на третьем, очень редко, только в самых кормных озерах, к каковым принадлежат многие озера Зауральского края,— на 2-м году. Здесь можно встретить полуторагодовалых окуней, весящих до 200 г, но в реках эта рыба растет несравненно медленнее, и окуни, выклюнувшиеся почти два года назад, редко достигают и 13 см в длину (от конца носа до конца хвоста) и почти всегда мечут икру в следующую, то есть третью весну.
Время нереста окуня различно, смотря по широте местности. В южной России, в устьях рек Черноморского и Каспийского бассейнов он мечет икру в марте, иногда даже в конце февраля (на Дону); в черноземной полосе — в первой половине апреля; в подмосковных губерниях — во второй половине, чаще в последней четверти того же месяца, иногда в первых числах мая; на севере, тоже в некоторых поздно вскрывающихся озерах среднего Урала,— в средине, даже в конце мая. Вообще нерест окуня зависит от времени окончательного вскрытия вод: в прудах и озерах он никогда не “трется” ранее совершенного исчезновения льда и только в низовьях больших рек, текущих на юг, кончает нерест до начала прибыли воды и хода льда из верховьев. В центральной России речной окунь мечет икру обыкновенно, когда вода пойдет на убыль, прежде всего в небольших речках. В полупроточных прудах, то есть имеющих течение только весной и после сильных дождей, нерест начинается на несколько дней позднее, чем в реках, а в непроточных озерах он замедляется еще более. Таким образом, в одной и той же местности разница во времени нереста может быть более недели, иногда десятидневная. Явление это объясняется тем, что каждая порода рыбы не мечет икру прежде, чем вода достигнет известной температуры, при которой становится возможным развитие икры той или другой породы. Окунь, по-видимому, нерестится, когда вода достигает +7 или +8° тепла. Вообще у нас, под Москвой, начало нереста окуня в речках и реках совпадает с началом распускания березы, а самый поздний нерест бывает в начале мая, когда лист уже вполне развернулся. Раньше окуня мечут икру многие другие рыбы — елец, щука, язь и шереспер, только в низовьях Волги окунь, по наблюдениям Яковлева, нерестится раньше всех рыб — в марте, тотчас по вскрытии устьев от льда.
Стаи окуней покидают свои зимние становища — ямы — как только образуются небольшие закраины, то есть при первой прибыли воды, разбиваются на меньшие станицы и подходят к берегам. Нередко из больших рек или озер станицы эти входят в притоки, очистившиеся от льда, гуляют некоторое время по разливам этих речек, преследуя здесь мелкую рыбешку и поедая икру ельцов, щук и язей, никогда, впрочем, не подымаясь далеко вверх по течению. Такие стаи обыкновенно выметывают тут икру и возвращаются обратно в реку, когда она уже войдет в берега. Большая часть окуней в больших реках нерестится, однако, в старицах и пойменых озерах, куда загоняет их половодье; при быстром спаде вод они иногда остаются здесь до следующей весны или большого паводка. В низовьях Волги большинство окуней трется в глухих ериках и ильменях, не имеющих во время нереста (до разлива) еще сообщения с руслом, и могут выйти отсюда только много позднее. Стаи же, зазимовавшие на речных ямах и на взморье (в тех частях Каспия, где не преобладает пресная вода, окунь не живет), заходят для нерестования в первые попавшиеся ильмени и култуки, то есть речные и морские заливы.
Численность весенних стай окуня почти всегда находится в зависимости от возраста рыбы и от ее изобилия. Наибольшими стаями мечет икру молодой, обыкновенно двухгодовалый, почти тринадцатисантиметровый (считая от носа до конца хвоста) окунь; самые крупные особи трутся небольшими семьями. В реках, однако, весенние станицы окуней всегда гораздо малочисленное, чем в больших проточных прудах или озерах, особенно таких, где окунь составляет чуть ли не главную породу рыб. В последних мелкий окунь нерестится огромными стадами в несколько тысяч штук, хотя очень может быть, что эта численность стай только кажущаяся и каждая стая состоит из многих отдельных станиц, собравшихся в одно место, удобное для нереста. Иначе весьма трудно объяснить, почему в ериках и ильменях устьев Волги, где окунь также встречается во множестве, он, как свидетельствует В. Е. Яковлев, выметывает икру “не косяками, а в одиночку, отдельными парами или небольшими стайками”. Это может быть справедливо только там, где окунь очень редок. По моим наблюдениям, молошников бывает значительно менее, чем икряников, но зато в росте самцов и самок не замечено никакой разницы. Кажется, крупный окунь нерестится немного позднее мелкого (на несколько дней), но не могу утверждать этого: весьма вероятно, что большие особи, зимующие в самых глубоких ямах, выходят на мелкую, более теплую воду позднее, чем мелочь, станующая ближе к берегу.
Самый нерест в реках производится почти всегда в местах, не имеющих никакого течения или только слабое, непременно там, где окуни могут найти такие предметы, о которые они бы могли тереться и тем способствовать скорейшему вытеканию икры и молок. Предметы эти различны, смотря по характеру местности. В прудах и озерах окуни трутся в старом, обломанном камыше и тростнике, на неглубоких местах, а за неимением названных растений — на оставшихся стеблях и корнях лопуха (кувшинки); в речках икра выметывается в заводях или заливах тоже на стебли водяных растений или на коряги, разный хлам, на корни подмытых водой деревьев, иногда на ветви затопленных кустарников; в больших реках окунь трется большей частью в старицах и поемных озерах, тоже в травах. Только в северных и северо-западных озерах (частью реках) с каменистым ложем окунь выметывает икру на камни, а иногда на песок. Замечено, что крупные окуни всегда трутся в более глубоких местах, чем мелкие, и всего охотнее бросают икру на старые затонувшие стебли водяных растений. Во время нереста, по тем же причинам, окуни хорошо идут в морды и верши, сплетенные из ивовых прутьев, и их легко привлечь в какое-либо место, наложив туда несколько сосенок или елочек.
Подобно большинству рыб, окуни, незадолго до нереста, получают более яркую окраску. Близость наступления этого времени всегда можно определить за несколько дней или недель по более красным плавникам и резко выделяющимся полосам на спине. Окуни с созревшими половыми продуктами поэтому весьма отличаются от молодых прошлогодних и третьегоднишних окуньков, всегда более бледных и почти одноцветных. Окуньки эти в большинстве случаев массами следуют за стаями нерестующих рыб и усердно подъедают выметанную ими икру.
Самый нерест совершается относительно спокойнее, чем, напр., у плотвы, ельца, леща и некоторых других карповых рыб, мечущих икру большими стадами. Нерест крупных окуней даже мало заметен, отчасти потому, что стаи их незначительны, отчасти потому, что они трутся на большей глубине, чем мелкие,— между глубоко засевших камышей или (в некоторых озерах) между камней. Но мелкий окунь, по крайней мере в так называемых окуневых озерах, выметывая икру большими рунами (к которым присоединяются еще большие стаи несовершеннолетних окуньков) и на мелководье, часто выпрыгивает из воды, а иногда даже собирается в озерные заливы в таком количестве, что верхние ряды, выпираемые нижними наружу, производят сильный плеск, издалека слышимый и видимый. Самым лучшим указателем нерестилища и вообще большого скопления рыбы служит, как почти всегда, присутствие чаек, гагар и другой водяной птицы.
Окунь нерестится исключительно рано утром, иногда незадолго до солнечного заката; в полдневный жар и вечером игра значительно ослабевает, стая на время редеет, а на ночь волнующаяся рыба и совсем успокаивается. Каждое руно большей частью оканчивает нерест в два-три приема, т. е. в утро и вечер или в два утра и вечер, но игра окуня всех возрастов продолжается весьма значительное время — около недели.
Икра этой рыбы весьма многочисленна: в двухсотграммовом окуне насчитывается от 200 до 300 000 икринок, а в крупных гораздо более. Весьма характерную особенность икры окуня составляет то обстоятельство, что сна выпускается длинными, полтора, иногда двухметровыми студенистыми лентами, в которых отдельные икринки, величиной с маковое зерно, лежат маленькими кучками (от 3-5 икринок), а каждая такая кучка заключена в особую студенистую клетку, отчего вся лента получает вид как бы узенькой сети. Эти ленты, по выходе, свертываются в неправильные клубки и прикрепляются обыкновенно к подводным растениям или же свободно плавают на поверхности. Во многих местностях России (напр., на Днепре и на северо-западных озерах) рыбаки собирают на местах нереста эту икру и варят ее наподобие каши или употребляют вместо начинки для пирогов. Еще большее количество икры истребляется, конечно, водяными птицами и поедается рыбами.
Этим отчасти объясняется, почему при такой массе икринок, выбрасываемых каждой самкой, окуни местами далеко не так многочисленны, как следовало бы ожидать. Но, кроме того, икра окуня подвержена еще многим случайностям, и “урожай” молоди, едва ли не больше, чем у других рыб, зависит от атмосферных влияний — температуры и особенно ветров. Так как окунь нерестует довольно рано, на неглубоких местах и даже выпускает икру на поверхность воды, то один сильный утренник может погубить почти всю икру и полуразвившихся зародышей. Что же касается ветра, то на развитие икры он чаще имеет полезное, чем вредное влияние, по той причине, что при тихой погоде окуневые ленты легко слипаются в комья (от 13-17 см в диаметре), и в таких комьях большая часть икринок, будучи лишена воздуха, загнивает и заражает здоровые зародыши. Поэтому в тихие, безветренные весны мелкого окуня нарождается несравненно менее, чем в ветреные, когда комья эти разбиваются волнами и прибоем, и по той же причине окуней бывает гораздо больше в открытых озерах и прудах, чем в таких, которые окружены лесом, хотя бы последние были гораздо кормнее первых. Однако сильные бури в больших озерах и на взморье очень вредны для размножения окуня, так как масса икры выбрасывается на песчаные косы и пологие берега и потом здесь обсыхает.
Выметав икру, стаи оголодавших окуней первое время бродят около берега на небольшой глубине и кормятся главным образом икрой других рыб, особенно икрой плотвы, которая нерестится вскоре после окуня, также земляными червями, принесенными в реку или пруд с пашен и огородов. Затем у нас, в средней России, примерно во второй трети мая, окунь разбивается на небольшие стайки, и каждая станица выбирает себе известный район, которого, за редкими исключениями, не покидает все лето, т. е. ведет почти оседлый образ жизни. Численность летних стай также зависит от возраста рыбы и от местности; таким образом, самые крупные окуни встречаются в это время даже в одиночку, редко более десятка вместе; мелкие же окуни ходят десятками, а иногда, как в некоторых озерах и в нижневолжских ильменях,— сотнями. Летнее местопребывание окуня также много зависит от местности и довольно разнообразно, но вообще можно сказать, что окунь летом, за редкими исключениями, держится на средней глубине, на небольшом течении и только там, где может найти какую-нибудь защиту или, вернее, засаду. Крупные окуни всегда выбирают более глубокие и крепкие места. Можно почти принять за правило, что в стоячих или полупроточных водах окуни стоят в более глубокорастущих камышах и в других водяных растениях, преимущественно лопухах и горошнице (Potamogeton), ближе к краям поросли, неподалеку от чистых мест. В реках они также выбирают травянистые заводи, старицы, а за неимением их держатся на слабом течении около камней или в коряжнике и колоднике, наконец, в ярах и мельничных омутах с водоворотом. В небольших речках стайки окуней встречаются только в бочагах (т. е. более широких, глубоких и медленнее текущих местах) и обыкновенно стоят здесь невдалеке от переката, выжидая добычи — червей, частью насекомых, приносимых течением, и мелкой рыбешки. Кроме того, окуни всюду любят держаться около купален, свай, мостов и груд хвороста.
Всюду и всегда окунь, подобно щуке, ведет вполне дневной образ жизни и с сумерек до полного рассвета, т. е. вскоре после заката и незадолго до восхода, стоит неподвижно в своем убежище в полусонном состоянии и в это время не принимает пищи. Только в коште мая и в начале июня он бродит всю ночь, но и то в более северных местностях. Окуни выходят на добычу ранним утром, причем, увлекаемые преследованием рыбешки, часто разбредаются в разные стороны и довольно далеко от становища. В жаркий солнечный день они снова собираются и стоят в тенистых местах, в густой траве, под лопухами, нависшими деревьями или под самым берегом, если он довольно обрывист, до тех пор, пока не спадает жара, и уже не охотятся, а только подстерегают добычу из своих засад. Плавает и стоит окунь большей частью близко от дна, хотя и не на самом дне, как, напр., ерш, налим, голец, именно на расстоянии 4-18 см, но по временам он подымается выше -в полводы и даже к самой поверхности. Вообще можно сказать, что чем выше поднимаются стайки рыбешки, тем мельче ходят окуневые стайки. Этим объясняется, почему окуни, несмотря на то, что не любят теплой воды, около полудня придерживаются верхних слоев. Впрочем, среди лета, в самую сильную жару в непроточных прудах и озерах окуни подвигаются к ключам или на глубину, прячутся под наплавы, в проточных выходят в русло на течение и иногда подымаются вверх по реке, доходя до следующей запруды. По-видимому, к этому передвижению побуждают их, кроме теплой воды, и сильно беспокоящие их паразиты. Что же касается чисто речного окуня, то летние перекочевки его зависят главным образом от недостатка пищи на прежних местах и большей частью бывают временные, как и причина этого недостатка — большая прибыль воды. При каждом паводке образующаяся муть и сильное течение гонит мелочь в затоны, заливы или же в устья мелких притоков, где, понятное дело, вода быстрее очищается и (так как подпружена) имеет более слабое течение. Вслед за мелкой рыбой идет и окунь и вместе с нею же скатывается обратно в реку, занимая прежние места. В низовьях больших рек прибыль воды может быть вызвана сильным низовым ветром, но последствия ее одинаковы: вся молодь рыбы, ютящаяся около самых берегов и на мелких местах, при наступлении “моряны” идет на разлив, а вслед за ней трогаются с места и окуни. При убыли воды они, вслед за мальками, начинают вместе с водой скатываться обратно в русло реки, почему никогда не обсыхают на мели, как это случается со многими карповыми рыбами.
Главную пищу окуня составляет, конечно, мелкая рыба — молодь или самые мелкие породы; рыба крупнее 7-9 см достается в добычу только самым большим окуням и то сравнительно редко, так как слишком проворна для этих, сравнительно неповоротливых, хищников. Но окунь не дает спуску ничему живому и в некоторых местностях временами даже исключительно кормится весной червями, среди лета линяющими раками или молодыми рачками; поздней осенью, в начале и в конце зимы главную пищу окуней во многих озерах северной, частью средней России и Сибири составляют мелкие породы рачков, бокоплавы или мормыши (Gammarus). Собственно, насекомых эта рыба ест только при недостатке другой пищи. Из мелких рыб окунь всегда преследует наиболее распространенную и всего легче достающуюся ему породу. Те рыбы, которые постоянно живут в чаще водяных растений, где преследование их почти невозможно, делаются его добычей только в самом юном возрасте, и окунь предпочитает охотиться на мелочь тех пород, которые любят держаться на более чистых местах, но поблизости от зарослей водяных растений, служащих ему засадой. Почти всюду в реках окунь главным образом кормится прошлогодней плотвой и мальками этой самой распространенной рыбы и только на юге России, кажется, предпочитает ей (близ конца лета и осенью) сазаньих мальков. В прудах и озерах средней России мелкий и средний окунь несомненно предпочитает мелкой плотве взрослую верховку (Leucaspius delineatus), которая здесь иногда бывает весьма многочисленна и представляет более легкую добычу, так как держится всегда в верхних слоях воды на еще более открытых местах, чем годовая, уже довольно юркая плотва. В более северных озерах место верховки заменяет снеток; крупные же окуни, живущие на больших глубинах, питаются здесь молодью сигов и годовалыми сижками. Наконец, в небольших речках, вообще при недостатке мелкой плотвы, окунь охотится преимущественно за мелкими пескарями, гольцами, частью (в средней и северной России) гольянами. Всего легче достаются ему гольцы, которых он усердно отыскивает в камнях, там же, где находит молодых рачков. Само собой разумеется, что он всюду не щадит своего собственного потомства, а крупный окунь также никогда не упустит случая схватить 9-13-сантиметрового собрата. Это самоедство имеет свои хорошие стороны, так как полагает пределы размножению этой плодовитой рыбы и сохраняет много молоди других пород, которую в большем количестве истребляют окуни-сеголетки (с конца лета) и годовички, чем взрослые окуни.
Вообще по своей прожорливости и вреду, приносимому им другим рыбам, окунь превосходит щуку, тем более, что везде несравненно многочисленнее последней. Окунь, при изобилии мелкой рыбешки, часто наедается до того, что не помещающиеся в желудке мальки торчат у него изо рта; иногда, не успев проглотить одной рыбки, он хватает другую. В небольшом 13-сантиметровом окуне нередко можно найти 6 и более крупных верховок. Большинство охотников-рыболовов, основываясь на этой прожорливости, полагают, что окунь, подобно другим рыбам, ест периодически, но периодичность жора вряд ли даже существует в действительности. Всякая рыба непременно всего жаднее перед нерестом, после долговременного зимнего поста, затем вскоре после него, когда она спешит наверстать потерянные силы, и затем с конца лета, когда пищи поубавится или же будет доставаться с большим трудом — вплоть до наступления зимней спячки, не бывающей, кажется, только у налима. Затем, в остальное время рыбы неохотно принимают пищу, только когда они, так сказать, находятся в болезненном состоянии и во время нереста (однако не все), день-два после его окончания, при сильном падении барометра и резкой перемене погоды к худшему, наконец, во время сильной жары, когда они, кажется, линяют и всего более страдают от паразитов. За этими исключениями все едят ежедневно, и если не достаются в добычу заурядному удильщику, то только потому, что сытая, заевшаяся, а потому и ленивая рыба всегда осторожнее, осмотрительнее и прихотливее голодной и не бросается, как бешеная, на предлагаемую ей насадку, быть может уже приевшуюся. Окунь же настолько жаден и относительно глуп и неосторожен, настолько мало боится шума, за исключением крупных особей, что его можно ловить, по крайней мере в течение десяти месяцев в году, почти без перерывов. Разница будет только в количестве пойманных.
Молодь окуня вылупляется из яиц обыкновенно через две недели или более, смотря по погоде, и первое время укрывается на дне между густыми зарослями подводных растений, питаясь различными, почти микроскопическими, животными организмами, преимущественно мелкими ракообразными — циклопами, дафниями и т. п., а потом, с середины лета, мелкими личинками насекомых. Только в конце лета, не ранее последних чисел июля, когда в этой пище начнется чувствоваться недостаток, молодые окуньки, достигшие уже величины 2-3 см, смотря по кормности вод, выходят на более открытые места, преимущественно на песчаные мели, и начинают ловить здесь молодь мелких пород рыб — снетков, верховок, уклеек, в свою очередь преследуемые другими хищными рыбами и чайками. Осенью, в сентябре, окунишки (окунчики, остряченки) могут справиться, хотя и не в одиночку, с мальками плотвы почти одинакового с ними роста.
Почти одновременно с выходом окуневых мальков из трав стайки взрослых окуней в свою очередь покидают свои летние стоянки и выходят в более открытые и обыкновенно в более глубокие места реки, пруда или озера. Стайки эти собираются по возрастам в стада, которые продолжают увеличиваться в продолжение всей осени, почти до замерзания вод. Эти изменения образа жизни окуня обусловливаются соответственными изменениями образа жизни мальков карповых рыб, служащих ему почти исключительной осенней пищей. С конца августа окуни неотступно следуют за мелочью, собравшейся тучами, подбирают отсталых и отбившихся рыбок и, врываясь по временам в стаю, производят в ней страшные опустошения. Они охотятся уже не из засады, как летом, а нападают открыто, пищи им вдоволь, и она достается им даже легче, чем летом. А так как местопребывание малька осенью еще более зависит от уровня воды и направления ветра (в озерах в особенности), то это обстоятельство необходимо всегда иметь в виду при разыскивании окуня. В паводки, как сказано выше, малявка жмется к берегам или входит в притоки; в сильный ветер она уходит обыкновенно или в подветренную сторону, или вглубь. Кроме того, большую часть осени хорошими указателями местопребывания малька и, следовательно, окуня служат чайки и гагары, которые в свою очередь преследуют мелкую рыбу, иногда довольствуясь мальками, замятыми окунями или вырыгнутыми ими. За редкими исключениями, окунь осенью держится близко от дна, поднимаясь в полводы только в очень теплую и ясную погоду. После первых сильных утренников он уже перестает выбрасываться из воды, конечно, потому, что вся рыба, тем более мальки, с этого времени держится в нижних, более теплых слоях.
По той же причине стаи окуней всегда за стадами малька с наступлением холодов, в конце осени, мало-помалу перебираются в более глубокие места, вернее в ямы, и выходят оттуда все реже и реже. В конце октября и начале ноября в средней полосе окунь стоит уже на зимних становищах и меняет их только в том случае, если будет чем-нибудь потревожен. Места этих становищ неизменны, и главные условия их заключаются в углублении дна с возможно крепким — песчаным, каменистым или глинистым — грунтом и в хорошей воде; кроме того, чем крупнее окуни, тем глубже и обыкновенно дальше от берега они становятся. Затем, смотря по характеру вод, становища имеют много особенностей. Можно, однако, принять почти за правило, что в ключевых или полупроточных прудах, также в замкнутых озерах, окуни зимуют или в самых глубоких и чистых местах, или же залегают поблизости от ключей. То же замечается и в проточных прудах и озерах; здесь окунь часто зазимовывает в верховьях пруда, в т. н. трубе, пли же хотя и в самом пруде, но в речном русле, в устьях озерных притоков. В больших глубоких озерах северной и северо-западной России окуни предпочитают, однако, становиться на зимовку в камнях (на лудах, нальях), так же как и в некоторых глубоких и каменистых реках, не иначе, однако, как на небольшом течении. В речках же окуни почти всегда зимуют и омутах. Наконец, на Волге, Оке и в некоторых их притоках стаи окуня, по-видимому, большей частью стоят под крутоярами или уступами берега, зачастую также в устьях речек. В низовьях Волги они, однако, предпочитают главному руслу чистые и глубокие ерики, где ложатся в самые глубокие, обыкновенно там, где ерик разделяется на два рукава.
Первую треть зимы окуни еще довольно энергично преследуют стаи мальков, очень часто занимающих смежные с ямами отмели, местами на севере — многочисленных рачков-бокоплавов, не боящихся холода и иногда сплошь усеивающих внутреннюю поверхность льда. Но сила и быстрота движения этих рыб, как и почти всех остальных, значительно уменьшается после замерзания вод, и они становятся все более и более вялыми. С образованием толстого слоя льда, в средине зимы, окуни, по-видимому, не выходят из своих становищ и лежат здесь на дне, почти неподвижно, тесными рядами, в несколько слоев и почти не принимают никакой пищи. С первыми оттепелями у нас, в средних губерниях, в феврале они мало-помалу начинают выходить из своего полусонного состояния и снова начинают кормиться. В конце зимы главную пищу окуней в большинстве озер северной и частью средней России составляют упомянутые выше бокоплавы (мормыш в Пермской губ., в Западной Сибири горбунчики), которые в это время размножаются и встречаются обыкновенно парами. Затем, с образованием закраин и больших полыней стаи окуней трогаются с зимних становищ, разбиваются на меньшие стада и вскоре приступают к икрометанию.
Так как окунь почти везде принадлежит к самым многочисленным обитателям наших вод и притом, в качестве хищника, часто приносит вред другим рыбам, то, разумеется, нигде не заботятся об его разведении. В прудах и озерах, изобилующих малоценной рыбой, как верховка, голец и плотва, или трудно добываемой в большом количестве (т. е. неводами, зимой), как линь и карась, при отсутствии щуки, размножение окуня весьма желательно и часто бывает прямой расчет пустить в пруд или озеро несколько сотен или пудов окуней, которые бы могли прекратить чрезмерное размножение и, следовательно, измельчение нехищных рыб. В прудах, где много такой вредной рыбы, как голец, который часто истребляет почти всю икру других рыб, или хотя менее вредной, но уже вполне бесполезной, как верховка, разведение окуня положительно необходимо, так как он в этом случае способствует скорейшему приросту и размножению линя и карася. Необходимо только иметь в виду, что там, где может жить только один карась, то есть в непроточных мелких прудах, промерзающих почти до дна, окунь жить не может; но там, где есть линь, красноперка, верховка, в особенности плотва, гораздо более прихотливая в отношении качества воды, то есть в прудах более глубоких, имеющих ключи, и хотя временно (весной и после сильных дождей) проточных — окуня можно развести наверняка. Затем остается только позаботиться о том, чтобы он размножался в достаточной степени, и каждую зиму делать проруби, чтобы он не задохся от недостатка воздуха и от вредных (сернистоводородных) газов, выделяемых разлагающимися растениями и илом. Разумеется, искусственного оплодотворения делать не стоит, а совершенно достаточно в одном или нескольких местах около берега бросить в воду несколько елочек или сосенок, а за неимением их — кучу хвороста и, пожалуй, по окончании нереста обгородить их частой сетью. Этими же искусственными нерестилищами пользуются и для того, чтобы, наоборот, уменьшить количество окуней, выбрасывая затем елки;
с этой же целью собирают выметанную икру сачками, к обручу которых не лишнее приделывать зубья для более удобного захватывания как окуневых “мотушек”, так и травы, к которой она обыкновенно прикрепляется. К таким мерам необходимо прибегать, когда в пруде или озере имеется более ценная рыба, как, например, лещ, карп, судак; в речках, где окуни даже не особенно многочисленны, разведение форели — труд совершенно напрасный. Из вышеупомянутых рыб всего вреднее окунь для карпа; нередко окуни поедают сначала большую часть икры, а потом всю выведшуюся мелочь, так что бывают такие пруды, в которых нельзя найти ни одного молодого карпа и остаются только крупные карпы, без приплода. Единственное средство против такого чрезмерного размножения мелкого окуня — это вылавливание его частыми неводами. Правильное и крупное рыбное хозяйство, впрочем, всегда почти требует осенней ловли мелкого окуня-сеголетка (который сушится и заменяет снетка).
В озерах северной и северо-западной России, где окунь живет вместе со снетком, вылавливание мелкого окуня составляет необходимость, так как в противном случае, особенно если весна благоприятствовала выводу окуневых мальков, вся молодь снетка обречена на истребление, а следовательно, эта более ценная рыба рискует совсем перевестись, что местами и произошло. Что касается леща, то он менее терпит от окуня, так как мечет икру рано и молодь его первое время растет быстрее; судак же, как хищник, может сам положить предел чрезмерному размножению окуня. То же самое можно было бы сказать и относительно форели, но, к сожалению, ее сравнительно малочисленная молодь и не требует для своего уничтожения большого числа окуней. Совершенно же перевести окуня там, где ему сытно и привольно, невозможно иначе, как спустив пруд и выловив из него всю рыбу.
Врагов у окуня много, и если он почти везде встречается в большом количестве, то только благодаря своей неприхотливости и сильному размножению. Все хищники — сом, щука, судак, налим — не брезгуют им, местами сомы и щуки едва ли не предпочитают эту рыбу другим; крупные окуни поедают мелких. Водяные птицы и скопа также немало ловят окуней. Икра его истребляется другими рыбами, в особенности гольцом (на севере и колюшкой) и водяными птицами, часто погибает от безветрия, как было сказано выше, или, напротив, сильных ветров, которые выбрасывают ее на берег. Часто окунь становится жертвой собственной жадности: случается, что схваченная рыбка проскользает в боковую жаберную щель, в которой завязает и умирает вместе с хищником; бывает также, что окунь нападает на колюшку, и она смертельно ранит его своими стоячими спинными шипами. Довольно часто подвергается он нападению паразитов, особенно в стоячих водах: в кишках у него нередко находят ленточных глистов, а в полости рта живет у него особый вид паразитного рачка, так называемый окунеед (Aechteres percarum). В прудах и озерах, хотя и не во всех, огромное количество окуней погибает зимой от недостатка воздуха. Так называемый дух — спирание вредных газов — действует на них раньше, чем на щуку, ерша и плотву, то есть они снут раньше этих рыб.
За этим последним исключением большая часть окуней погибает, становясь добычей человека. Но, несмотря на свою многочисленность, они не имеют такого промыслового значения, как, например, еще более многочисленная каспийская селедка и тарань и более ценные и крупные — лещ, сазан и судак. Окунь и щука — едва ли не единственные рыбы, которые почти повсеместно добываются в большем числе удильщиками, чем настоящими рыбопромышленниками.
 

[ Адрес ]

Раздел: окуневые | [ Добавить комментарий ]