Уже по одной наружности щуки можно судить о ее проворстве и хищности. Почти цилиндрическое туловище оканчивается огромной длинной к плоской головой, имеющей вид челнока, с выдающейся нижней челюстью; широкая пасть ее усеяна сверху и снизу сплошными острыми скрестившимися зубами. Длинная и плоская голова, напоминающая крокодилью, и далеко отодвинутый назад спинной плавник отличают ее от всех других пресноводных рыб. Глаза у щуки сравнительно очень подвижные: она почти так же хорошо видит над собой, как и сбоку. Чешуя щуки мелкая, гладкая; спина у нее темная, бока туловища серые или серовато-зеленые с более или менее значительными желтоватыми пятнами и полосками; беловатое брюхо обыкновенно усеяно сероватыми крапинками; непарные плавники буроватые с черными крапинками или извилистыми каемками, парные — оранжевого цвета.
Цвет этой рыбы, впрочем, весьма изменчив; вообще щука бывает тем темнее, чем она старше; то же самое замечается и в глухих и иловатых озерах, где вся рыба заметно чернее, нежели в озерах и реках с песчаным дном. Кроме того, замечено также, что в северной России щуки бывают всегда заметно светлее и пестрее, нежели в южной. Щурята в течение первого года жизни всегда бывают более или менее темно-зеленого цвета; на 2-м году основной зеленый цвет сереет и на нем уже резко выделяются бледные пятна, которые на третьем году становятся желтыми. В подмосковных губерниях различают по цвету и местопребыванию две разновидности — крупную донную, черную щуку, живущую в ямах на большой глубине, и мелкую щуку-травянку, зеленоватую, живущую на мелких местах. Этим разновидностям соответствуют так называемые апрельчуки и марчуки юго-западной части нашей страны, из которых первые крупнее и темнее последних и нерестятся позднее, в апреле. Марчуки же редко достигают 2,5—3 кг веса. По моему мнению, всякая щука может сделаться донной или травяной, но несомненно, что большинство этих рыб, достигнув известного возраста, поселяется в глубоких местах.
Щука достигает огромной величины и глубокой старости, 16-килограммовую щуку можно найти всюду. У нас самые крупные щуки водятся в северных реках и озерах, вероятно, по причине их меньшей доступности сравнительно с южнорусскими. В Каме и в глубоких бочагах многих уральских небольших рек изредка попадается 48-килограммовая; также в некоторых илистых озерах Приуральского края; в оз. Увельдах напр., была поймана лет 25 назад щука в 56 кг. 64-килограммовые щуки, по свидетельству проф. Кесслера, встречаются в Онежском озере, тогда как в Ладожском эти хищники редко бывают более 16 кг весом.
Самые огромные щуки водятся, по-видимому, в Вычегде и других северных реках. По свидетельству Арсеньева, монахом Ульяновского монастыря поймана здесь на дорожку, т. е. на ходовую блесну, щука в 80 кг. Тот же писатель рассказывает следующий интересный случай. В Нювчимском заводе (в 30 километрах от Усть-Сысольска) в пруде речки Нювчима рабочие в июле 1885 года услыхали у шлюзов необыкновенную возню; масса рабочих увидала голову громадной щуки, которая схватила поперек другую, более 1,5 м, следовательно, около 16 кг весом; возня продолжалась около десяти минут, наконец пойманная перестала биться, и победительница опустилась с ней на дно.
Сибири очень крупные щуки, кажется, встречаются реже, чем в северной России, и только в озерах. Аргентов говорит о 2-метровых щуках (может быть, это другой вид) в озерах водной системы р. Колымы, но других указаний о больших щуках не имеется. Весьма возможно, что причина редкости больших щук в сибирских и южнорусских реках — совместное жительство с более сильным хищником. Крупная таймень в Сибири, а на юге России большой сом легко могут справиться и с 16-килограммовой щукой.
В Западной Европе гигантские щуки встречались и в XIX столетии, а в прошлом и в средние века они были даже нередки. Еще в 1862 году, по словам Гензика, передаваемым Борне, в Брегенце была поймана щука в 58 кг. Самая крупная щука из когда-либо пойманных — это историческая щука императора Фридриха II Барбароссы, пущенная им, как значилось на кольце, в 1230 году в одно озеро близ Хейльбронна и вытащенная неводом в 1497 году, т. е. через 267 лет. От старости рыба совершенно побелела. Величина ее была 5,7 м, а весила она 140 кг. Портрет этой щуки сохраняется до сих пор в замке Лаутерн, а скелет и кольцо — в Мангейме.
Несомненно, что щуки могут жить не одну сотню лет. Под Москвой при чистке Царицынских прудов (в конце прошлого столетия) была поймана 2-метровая щука с золотым кольцом в жаберной крышке и с надписью: “посадил царь Борис Федорович”. По всей вероятности, она весила около 64 кг. Бланшер говорит, что в 1610 году была поймана в Маасе огромная щука с медным кольцом, на котором был обозначен 1448 год.
Судя по этим данным, щука растет очень быстро, хотя, разумеется, в кормных местах гораздо скорее, чем в малорыбных. Самцы притом всегда бывают значительно менее или, вернее, легче (более чем на треть), чем самки одних лет, и отличаются от них более удлиненным телом и большей прогонистостью. Впрочем, относительная толщина зависит не только от вола, но и от изобилия корма и от возраста. В очень кормных озерах крупные икряники похожи на короткие обрубки и весом в полтора раза, даже вдвое больше, чем самки одинаковой длины, живущие в водах, бедных рыбой. В более умеренном климате щука растет быстрее, чем на севере, где она обречена на более продолжительный зимний пост. У нас, в России, прирост этой рыбы никогда не бывает так значителен, как в Западной Европе. Наконец, следует заметить, что молодь крупных щук растет скорее, чем молодь мелкой, и что прирост год на год не приходится и зависит от урожая молоди и количества мелкой рыбы, вообще корма. Это замечание относится и ко всем другим рыбам.
Таким образом, точное определение возраста щуки и ежегодного ее прироста весьма затруднительно и возможно только приблизительно для какого-либо отдельно взятого водоема. В Москворецких заводях я находил в июле прошлогодних щурят, весивших только около 200 г, тогда как таковые же в Сенежском озере имели уже более 400 г. В зауральских озерах щуки растут еще быстрее. Вообще годовалая щучка имеет у пас от 22 до 31 см длины, двухгодовалая — 30—40 см и вряд ли достигает 1,2 кг веса. Приблизительно можно принять, что у нас в рыбных водах щуке (самке) столько лет, сколько фунтов она весит. Несомненно, что щука растет быстрее всех наших чисто речных рыб (т. е. не считая полуморских белугу и осетра), за исключением сома. Достигнув величины 70 см, т. е. 2—2,5 кг, у нас на 4—5 году жизни она увеличивается в длину медленно и растет больше в толщину. По моим наблюдениям, взрослая щука вырастает ежегодно около 2 см. 16-килограммовые экземпляры имеют в длину всегда около 1,5 м и должны иметь не менее 20 лет, а чаще 30 и более.
Щука имеет весьма обширное распространение. Она встречается во всей Европе, за исключением Пиренейского полуострова, в Сибири и в Туркестане. Ее, кажется, нет в реках Таврического полуострова и на Кавказе. В Восточной Сибири, по всей вероятности, встречается уже другой, хотя и близкий вид — Esox reicherti. Хотя щука всюду принадлежит к числу наиболее обыкновенных рыб, но она, видимо, избегает холодных, быстротекущих и каменистых рек и предпочитает спокойное течение. Реки и проточные озера с камышистыми и травянистыми берегами и заливами составляют ее любимое местопребывание, что объясняет, почему она так редка в некоторых горных реках Северного Урала, также в Смотриче, Днестре и Буге, куда большей частью заходит только случайно из протоков. Но, кроме рек и проточных озер, щука водится в изобилии и во многих стоячих водах, в невымерзающих зимой прудах, даже болотах, дающих начало рекам, наконец, в глубоких ямах от кирпичных заводов и плитных ломок. На севере нередко можно встретить ее в озерах, почти совершенно затянутых трясиной, в которой остались лишь немногие т. н. “окошки”. Весной щука встречается даже в неглубоких ямах и в лужах заливных лугов, куда заходит во время нереста. Вообще она почти так же неприхотлива в местообитании, как и карась, и подобно ему живет в солоноватых озерах, например в таких Барабинских озерах, где на 400 г воды приходится летом до 2 г соли. Озера с сернистой водой также изобилуют как щуками, так и окунями. Но в мелких, промерзающих до дна водах, щука не может перезимовать, а в суровые зимы погибает во множестве даже в глубоких озерах, если в них нет ключей или не делалось прорубей. Причина гибели — “сдыхание”, или “замор”, обусловливается развитием вредных газов из гниющих остатков растений, а иногда от большого содержания окисей железа.
Всюду как в реках, так и озерах щука выбирает своим местопребыванием места не очень глубокие, травянистые и обыкновенно держится около берегов. Только очень большие живут на глубине, в ямах и под крутоярами, где держится и крупная рыба, которой они питаются. Мелкая же и средняя щука живет постоянно в камышах, в траве и, за неимением того или другого, на севере зарывается в мох или прячется за корягами, под кустами, нависшим берегом, большими камнями и т. п. убежищами.
Щука обладает большим проворством движений, что, конечно, обусловливается удлиненной формой ее тела. Редкой рыбе удается избегнуть зубастой пасти погнавшегося за ней хищника, тем более, что последний преследует ее не только в воде, но даже и в воздухе. Прыжки щуки изумительны: в этом отношении она уступает разве только язю, жереху и лососям. Несмотря, однако, на быстроту свою, щука все-таки большей частью хватает свою добычу из засады или же, подобно сомам, прибегает к хитрости: так, например, Аксаков рассказывает, что щука нередко становится на мели головой вниз по течению и хвостом мутит ил, так что муть совершенно закрывает ее от мимоидущих рыбок. Справедливость этого наблюдения могу удостоверить, так как мне много раз приходилось замечать подобные маневры. Черкасов, основываясь на своих наблюдениях над пойманными щуками, полагает, что малек потому так часто замечается около неподвижно стоящих в траве щук, что последние выделяют слизистые нити, которые привлекают мелочь, становящуюся добычей хищницы. Но вольные рыбы выделяют гораздо меньше слизи, чем пойманные, и эта слизь не затвердевает и не получает формы нитей или вуали.
Вообще щука бродит очень мало и, строго говоря, есть вполне оседлая рыба; только весной перед нерестом она несколько подымается вверх по реке или на пойму, а к зиме уходит в ближние омуты, где отдыхает и иногда не ест вовсе. В это время щуки встречаются довольно многочисленными стаями, хотя, впрочем, следует заметить, что и тогда они лежат больше “вразнобой”, в приличном отдалении друг от друга, далеко не так трудно, как все карповые рыбы. Притом в такие ямы собираются на зиму щуки одинакового или почти одинакового возраста, что, вероятно, происходит от того, что и зимой крупная щука не прочь поживиться более мелкой; кому из рыбаков не случалось находить в желудке или слышать от других, что в желудке крупных щук находили также немалых ее собратьев: 8-килограммовая, например, легко может заглотать 1,5—2-килограммовую, а Терлецкий рассказывает о 2,5-килограммовой щуке, схватившей 1,5-килограммовую, и их продолжительной возне. Вероятно, жадная хищница не могла разжать пасти, увязив в непосильной добыче свои крючковатые зубы.
Прожорливость этих хищников и разнообразие их пищи поистине удивительны, и надо считать большим счастьем, что щука беспощадно истребляет свою собственную молодь, что громадное количество икры и виклюнувшихся щурят пропадает и съедается птицей в тех пересыхающих лужах, куда икра была выметана в половодье. В противном случае при своей плодовитости рыба эта в самом непродолжительном времени неминуемо истребила бы всех других рыб, с ней живущих. О прожорливости щук можно судить уже из того, что, по свидетельству одного английского автора, 8 щук, около 2,2 кг каждая, в восемь недель съели 800 пескарей. Во время нереста других рыб, в особенности же плотвы и верхоплавки (в прудах), желудок щук битком набит мелкой рыбой.
Кроме рыбы, щука не дает пощады никакой живой твари, и жадность ее не знает пределов: во время так называемого “жора”, когда она всего голоднее, щука бросается на крупных птиц, напр. гусей, с которыми, конечно, не может сладить, и на рыб одинакового с нею роста. Вавилов рассказывает, как раз она ухватила за ногу гуся и не разжимала пасти и тогда, когда последний вытащил ее на берег; в Саратове рыбаки говорили Гримму, что там однажды нашли 3-килограммовую щуку, которая задохлась от торчавшего у нее в пасти 3-килограммового голавля. Это, впрочем, весьма невероятно, так как голавль относительно гораздо сильнее щуки. Крупные щуки беспрепятственно глотают утят, даже взрослых уток, почему местами и называются утятницами. Я лично много раз наблюдал в Павдинском пруде (Верхотурского уезда), изобилующем этими хищниками, как они ловили мелких и крупных куликов, весьма многочисленных здесь на пролете, в конце лета. Первое время я положительно не знал, чему приписать жалобный писк и затем внезапное исчезновение птиц, но потом убедился, что это проделки щук; стоило иногда только кулику отойти подальше от берега, по грудь в воду, как хищник хватал его за ноги, и несчастный долгоносик не успевал жалобно пропищать и растопырить крылья, как щука утаскивала его вглубь. Плавающие кулики, особенно плавунчики, глотались целиком, почти без всякой тревоги.
Точно так же щуки пожирают водяных крыс, землероек, в Сибири мышей и белок на переправах во время их переселений. Лягушки и головастики составляют лакомую пищу (прудовых) щук, и, где водятся последние, там зеленые (водяные) лягушки составляют редкость. Схваченную жабу щука немедля выбрасывает. Мелкие едят иногда червей, линючих раков; падаль же и уснувшую рыбу щуки едят очень редко, разве очень голодные. Но и живая рыба не в одинаковой степени пользуется расположением нашей пресноводной акулы, по временам, а также при изобильном корме весьма разборчивой в пище. Так, напр., щука не любит линей, налимов, а местами не берет на карасей, окуней и ершей. Вообще щука хватает свою добычу, как придется, но заглатывает непременно с головы; а если пойманная рыба слишком велика, сжимает ее в зубах до тех пор, пока не переварится заглоченная часть. Крупные щуки глотают рыб целиком, почти без повреждений, и где их много, там нередко эти “выпоротки” поступают в продажу. Пищеварение у щук очень слабое, и через два дня можно еще найти в желудке непереваренных рыб. Этот факт несколько объясняет периодичность жора щуки. Она ест до тех пор, пока не будет набита битком рыбой, буквально по горло, затем переваривает проглоченную пищу в течение многих дней, даже неделями. Громадное количество проглоченной и непереварившейся рыбы дало весьма ошибочное понятие о количестве рыбы, истребляемой щуками и их прожорливости.
Колючеперых рыб, напр., ершей, окуней, щуки ловят с большой осторожностью и во всяком случае сжимают в зубах до тех пор, пока жертва не перестанет биться. Довольно часто, однако, случаются и промахи, и, вероятно, каждому приходилось ловить рыб с широкими ранами на боках и у хвоста — это следы зубов щуки. Особенно часто вырывает она целые куски мяса, и вообще крупная добыча успевает вырваться из пасти хищника, когда у него происходит смена зубов: старые отваливаются и заменяются новыми, еще мягкими. Это любопытное явление происходит обыкновенно в мае; в это время щуки, ловя относительно крупную рыбу, нередко только портят ее, но удержать по слабости зубов не могут, почему и насадка на жерлицах часто бывает тогда только измята и даже не прокушена до крови, что хорошо известно каждому рыбаку.
Выше мы уже упомянули о том, что зимой щука ничего не ест и вместе с тем, вопреки своему обыкновению, не ведет такого уединенного образа жизни. Но и в другие времена года она ест периодически, и большей частью клев ее, или “жор”, бывает 3—4 раза в год: перед нерестом, еще по льду, затем в апреле или мае — июле и особенно осенью — в сентябре — октябре. Периоды эти изменяются, смотря по местности и климату, и жор ее почти незаметен, так как в это время она не имеет недостатка в пище и плохо идет на удочки и жерлицы: всюду кишат тогда миллионы молодой рыбешки. По мнению многих рыбаков, каждый жор щуки продолжается недели 2—3 и узнается по тому, что тогда перестает клевать мелкая рыба. Это не совсем верно, но начало жора щуки нетрудно узнать по тому, что она начинает “бить”, т. е. ловить, рыбу на поверхности и нередко хватает плотиц и прочую “бель”, взявшую на удочку. У коми (зырян) на севере существует примета или, скорее, поверье, что щука берет только в те числа, в которые она метала икру, т. е. если терлась в средине апреля, то в пятнадцатых числах каждого месяца, вплоть до заморозков. Несомненно, что периоды жора не имеют правильности и обусловливаются главным образом состоянием погоды. При высоком стоянии барометра, т. е. при установившейся хорошей летней погоде, щука “стоит”, т. е. не двигается, по целым часам, даже днем, находясь в каком-то полусонном состоянии. Эта “стойка” прекращается, как только барометр начинает падать, и чем дольше продолжалась хорошая погода и дольше стояла щука, тем сильнее бывает ее жор, тем жаднее она хватает рыбу.
Проголодавшаяся щука теряет всякую осторожность и, как бешеная, бросается на все живое, даже только блестящее. При ужении окуней на озерах нередко бывают случаи, что на малька возьмет окунь, которого хватает щука. В очень рыбных озерах щуки во время жора подходят к берегам массами, хотя ходят вразнобой. В шлюзованных реках, напр. в Москве-реке, Мете и других, вообще многоводных, жор щуки, как и других хищников, находится в зависимости от количества воды, т. е. от количества выпавших дождей. Течение уносит под плотину много молоди и мелкой рыбы, и это обилие пищи заставляет всех щук подниматься кверху, иногда за несколько десятков километров. Заметим, кстати, что во время запора шлюзов щука почти никогда не сбрасывается вниз, подобно судаку, шересперу и голавлю, а остается в тиховодье, которое предпочитает быстрине. Под шлюзами и мельничными плотинами щуки тоже выбирают ямы с водоворотным течением и избегают струи.
Кормится щука по утрам и под вечер, в полдень же и ночью почти всегда отдыхает — спит, нередко на глубине нескольких сантиметров; желудок ее переваривает проглоченную пищу; вслед затем твердые части, как кости и чешуя, изрыгаются ею, подобно тому, как это делается жерехом и налимом. В некоторых случаях пойманная на крючок щука изрыгает даже все содержимое желудка.
Первый жор щуки начинается в феврале или в начале марта, когда она, истощенная продолжительным постом, изнуренная и исхудалая, подходит к закраинам, к устьям впадающих рек и речек и жадно хватает всякую рыбу, которая только может поместиться в ее ненасытную утробу. Этот февральский или мартовский лов щуки многим рыболовам вовсе не известен и бывает всего удачнее на озерах. Стаи щук выходят из ям, рассеиваются и начинают плавать около закраин. Вслед за этим периодом еды щука уже не уходит на глубину и не прячется в укромные места, как обыкновенно, а подымается вверх по реке, идет в речки и ручьи, заходит в полой и через неделю — две, вообще с разливом рек или, вернее, речек, начинает свой нерест. В руслах больших и средних рек щука никогда не мечет икры: она всегда выходит отсюда или в ручьи и речки (первое время), или (уже позднее) в полой, преимущественно в заливных озерах. В средней России нерест ее имеет место в марте, редко в начале или средине апреля, как это обыкновенно бывает на севере. В озерах щука вообще играет позднее, нежели в реках, что обусловливается их поздним вскрытием. В некоторых горных зауральских озерах, напр. в Иткуле, нерест этой рыбы бывает иногда в конце мая. Наоборот, в реках южной России, в нижней Волге, в низовьях Дона и Днепра щука начинает метать икру в феврале. Впрочем, весь период нереста довольно значителен и продолжается около месяца: сначала мечут мелкие трехгодовалые, после всех — самые крупные. Эти мелкие 3—4-летние щуки местами называются “щука-голубое перо”, так как плавники их становятся ярче; в Киеве — вербнянками или марцовками. Крупные в Киевской губ. называются березовками (в Белой Церкви), также апрельчуками. Вообще крупные щуки мечут икру одновременно с лягушками.
Описание самого нереста заимствую из статьи своей: “Зауральские озера”, на которых я не раз имел случай наблюдать как нерест, так и весеннюю ловлю этой рыбы.
“В противоположность большинству рыб щука играет не рунами, а весьма небольшими артелями — штуки по три-четыре, в числе коих находится обыкновенно одна самка, так что молочников гораздо более икряников. Вследствие этого, очевидно, большая часть выметанной икры оплодотворяется, чего далеко нельзя сказать о других рыбах, у которых, частью по недостатку самцов, частью по неправильному распределению их между самками, даже вследствие самой тесноты и безалаберной давки, много икры и молок вытекает и пропадает совершенно понапрасну. При огромном количестве щучьей икры не было бы никакого сомнения в необычайном размножении этого хищника, в конечном истреблении всех других видов рыбы, за исключением окуня и хорошо себя отстаивающего ерша, если бы большая часть икры, выметанной щукой, не оставалась на высыхающих разливах и болотах, множество самой рыбы не пропадало таким же образом и если бы громадная масса щуки, необыкновенно смирной во время нереста, в чем ей уступает тогда даже язь, не делалась добычей человека и хищных птиц, например скопы, коршуна, белохвоста”.
“Щука мечет икру обыкновенно по третьему году, когда уже бывает более 32 см. Прежде всех играет не самая крупная, как у всех других озерных рыб, а самая мелкая, потом средняя и, наконец, самая большая, иногда даже с небольшими промежутками, отчего нерест продолжается чрезвычайно долго, дольше, чем у всех других рыб,— нередко недели две, что, конечно, тоже способствует ее более успешному лову. Много щук ловится еще перед игрой мережами, когда они только лезут в камыши и плавают у закраин. Самый нерест имеет, однако, места не здесь, а на самых мелких местах, в осоке, заливаемой водой озера или реки; вследствие этого часто случается, что они заходят на далекое расстояние от русла реки или летнего ложа озера и нерестятся не только в пересыхающих болотах, но и на твердых, обыкновенно сухих берегах. В это время часто приходится наблюдать щук на такой незначительной глубине, что спина их высовывается из воды. Потом, после внезапной убыли воды, особенно на разливах рек, им предстоит много отчаянных прыжков и хорошо, если удастся перевалиться или перепрыгнуть с разбега в текучую воду или хотя глубокую яму. Без сомнения, множество этой рыбы остается на мели и рано или поздно делается добычей птиц и человека”.
“Прежде всего, как только образуются небольшие закраины и вода начинает поглощать воздух, щука подходит к камышам и всего охотнее плавает у самого края льда, что объясняется тем, что вода содержит тут наиболее воздуха, пузырьки коего освобождаются при таянии. Явление это свойственно, впрочем, всякой рыбе, а у щук выражено только несколько яснее. В это время, предвещающее скорое наступление нереста, обыкновенно ловят их мережами, и чем чаще запутавшаяся щука выпускает, бившись, икру,— тем ближе эта с нетерпением ожидаемая пора. Проходит неделя, щуки начинают ходить уже целыми артелями: обыкновенно два-три самца, отличающиеся своей прогонистостью, преследуют одну толстую, как обрубок, самку: еще день-два и щуки окончательно теряют свою обычную осторожность, подходят к самому берегу озера, вступают в понятые водой прибрежные болота и разливы речек; артели их уже представляются одной слившейся массой; медленно и плавно самка то опускается на дно, то поднимается кверху, и темные спины увивающихся самцов иногда совсем высовываются из воды”.
Молошники, сопровождающие самку, всегда бывают значительно менее последней, иногда вдвое. По словам О. Гримма, с 3,5-килограммовым икряником ходят 1,5—2-килограммовые самцы. Я, однако, никогда не замечал особенно резкого отличия в росте, тем более, что нерест совершается неодновременно, а начинается самыми мелкими (редко двухлетками, а больше трехлетками) и кончается самыми крупными.
Зеленовато-желтая и очень мелкая икра щуки выметывается прямо на дно, чаще на прошлогоднюю траву и ложится в один слой. Количество ее весьма значительно, хотя в этом отношении щука уступает окуню, карасю и многим другим рыбам; известный ихтиолог Блох насчитал в 2,5-килограммовой щуке 136 000 икринок; могу прибавить с своей стороны, что средним числом вес икры приблизительно равняется 1/5 части всего веса щуки, а у крупной это отношение еще более. По уверению многих иностранных авторов, щучья икра, съеденная птицей и извергнутая из заднего прохода, не теряет способности развития, но это вряд ли справедливо; внезапное появление щук да и других рыб в совершенно замкнутых бассейнах объясняется тем, что клейкая икра прилепляется к ногам и перьям водяных птиц, ее пожирающих, и затем переносится ими на огромные расстояния. Впрочем, известны случаи, что и взрослые щуки во время сильного дождя переходили из ближайших бассейнов в соседние, где их не было.
Развитие икры щуки идет сравнительно быстро; для этого достаточна температура в +8 —10° Цельсия. На солнце и в мелкой воде молодые рыбки выклевываются в l1/^ недели, даже в 8 дней, в тени и на более глубоких местах — в две недели и долее. Молодь сначала прячется во мху, в густой траве близ берега, но очень скоро, лишь только исчезнет желточный пузырь и она почувствует потребность в пище, рассеивается и уже не встречается в большом количестве в одном и том же месте. Первое время молоденькие щурята держатся на самых мелких местах, мало пугливы, питаются больше насекомыми, червями и другими мелкими беспозвоночными и редко ловят молодь других рыб ранее июля, когда переходят в более глубокую воду. Но в августе и сентябре щурята кормятся исключительно мелкой рыбой и быстро увеличиваются в росте. В мае они еще менее 4 см, в июне немного более, но в октябре уже нередко бывают более 15 см в длину и более 100 г весом. Затем зимой они почти не увеличиваются в росте до ранней весны. С этого времени они начинают расти не по дням, а по часам. Большая часть щурят погибает еще в самом юном возрасте в высохших разливах, становясь добычей уток и других водяных птиц. Во множестве они поедаются годовалыми и двухгодовалыми щучками и судачками, а в прудах и озерах — окунями.
Большинство полагает, что щука, как хищник, приносит громадный вред рыбьему населению и рыбному хозяйству, что это водяной волк, которого следует истреблять всевозможными средствами до полного искоренения. По их мнению, если не будет щук, то количество рыбы значительно увеличится. Взгляд этот не совсем верен и основан на неправильной оценке значения в экономии природы хищных рыб вообще, а в частности щуки, и на преувеличенных понятиях о количестве рыб, ею истребляемых.
Дело в том, что за очень редкими исключениями, т. е. когда ведется совершенно правильное рыбное хозяйство и разводятся искусственно и с большими затратами такие ценные рыбы, как, напр., форель, щука или другой хищник даже необходимы. В “диких” и “полудиких” водах щуки служат как бы регуляторами рыбьего населения: поедая малоценную мелочь, больных и слабых рыб, они дают возможность более крупным и здоровым особям расти быстрее и давать более здоровое потомство. Некоторые иностранные авторы выставляют щуку такой ненасытной обжорой, что остается только удивляться, что на свете существуют еще другие рыбы, кроме этого хищника. По словам этих писателей, щука не только съедает в неделю вдвое больше рыбы, чем весит сама, но может в один день съесть одинаковое по весу количество, что физически совершенно невозможно. Наблюдения и факты показывают нам, что щука переваривает пищу очень медленно, почему ест периодически; набив желудок битком, она переваривает содержимое весьма продолжительное время, затем снова начинает “жрать”. Из того же, что в желудке находят во время жора много рыб, заключили, что такое количество она потребляет чуть не ежедневно, почти круглый год.
Между тем щука едва ли в состоянии съесть в течение года пищи больше, чем вдесятеро, против того, что сама весит, и то только в юном возрасте: чем она становится старше, тем относительно меньше ест, и 16-килограммовая щука, конечно, не истребит в год 160 кг разной живности. Если принять во внимание, что щука ест не одну рыбу, а также раков, лягушек (особенно на юге), мышей, червей и насекомых, что добычей ее делается преимущественно малоценная, а зачастую и вредная рыба, как, напр., гольцы, щурята, что щука растет чрезвычайно быстро, крайне неприхотлива, имеет значительную стоимость и очень верный сбыт на месте, то окажется, что в наших некультурных прудах, озерах и речках этот вредный хищник составляет чуть не самую выгодную породу рыб, не исключая даже сазана. Конечно, судак и налим еще выгоднее щуки, но, к сожалению, они не везде уживаются. Окунь везде ценится теперь дешевле щуки, сравнительно прожорливее, а потому невыгоднее. Что же касается сома, то он несомненно крайне убыточен, так как является потребителем крупной и гораздо более ценной рыбы, чем он сам. Считаю необходимым оговориться, что крупные щуки по тем же причинам также крайне невыгодны и должны быть истребляемы. Самые вкусные щуки — двух-, трехлетки; начиная же с 4-килограммового веса, они имеют уже жесткое, довольно невкусное мясо, а крупные, 16-килограммовые щуки даже почти несъедобны. Дело благоразумного хозяина соблюдать надлежащее равновесие между щуками и прочей рыбой и не давать щукам достигать большой величины.
За границей уже давно сознали пользу и выгоду мелких щук и нарочно пускают их в те пруды, которые назначены для выкорма взрослых карпов. Поедая молодь последних, они дают возможность развиваться быстрее крупным рыбам. У нас также бы следовало пускать щук в такие пруды, где развелось слишком много мелкого карася, плотвы, а в особенности гольца. Если мало шансов на то, что хищники выживут зиму, что может случиться очень редко, если делаются проруби, то достаточно даже летнего пребывания нескольких щук в пруде, чтобы очистить его от больных и слабых рыб и уменьшить число гольцов — самых вредных рыб, так как они истребляют икру других рыб, сами не представляя почти никакой ценности.
Как уже было сказано, щука доставляет очень вкусное и ценное мясо: только у одних римлян она находилась в большом презрении; у англичан в средние века щука, наоборот, считалась самой вкусной и дорогой рыбой.
Большая часть щуки добывается в озерах, прудах и небольших реках; в судоходных же реках ловля ее сравнительно ничтожна. Молодая щука, приготовленная по-еврейски, с фаршем и с яйцами, или по-польски, составляет весьма вкусное рыбное кушанье; недурны также маринованные щуки, а также жареные, подобно наваге, щурята. В очень иловатых прудах и озерах щуки сильно отзываются илом и иногда даже пригодны только для маринования. Самой вкусной считается молодая (речная) щука — т. н. “щука-голубое перо” перед самым нерестом. Молошники предпочитаются икряникам.
За исключением человека и своих собратьев, щука почти не имеет врагов. Впрочем, на юге России сом, а в Сибири таймень не дают спуску зазевавшейся хищнице. Мелкая щука иногда становится добычей скопы, но крупная (даже 4-килограммовая) обыкновенно топит своего неожиданного всадника. В Западной Европе много щук истребляют выдры, но у нас последних сравнительно очень мало (кроме Польши, почему выдры и называются польским бобром). Зато щуки очень страдают от глистов, которыми заражаются от съеденных рыб и мышей. Изредка встречаются почему-то слепые щуки, а также ненасытные до бешенства обжоры, бросающиеся даже на людей. Известно несколько случаев, что такие бешеные щуки хватали людей за руки или ноги.
Добывание щук производится весьма разнообразными способами — различными сетями и, наконец, крючками, насажанными большей частью живой рыбой.
Главная масса щуки добывается, однако, не в больших реках, а в мелких запруженных притоках, в озерах и речных старицах. Только в этих водах, особенно в озерах, щука имеет большее или меньшее промысловое значение, хотя никогда не ловится единовременно в таком большом количестве, как, напр., судак и окунь, не говоря о “белой” рыбе. Впрочем, в т. н. щучьих озерах зимой, когда щуки собираются в определенные места для зимовки, на таких топях, называемых щучьими, их ловят неводами десятками пудов, по несколько сотен за раз. Неводная ловля может производиться с успехом только подо льдом, так как в другое время года щука ускользает из невода, нередко перепрыгивая через верхнюю тетиву; крупная, видя себя окруженной сетью, даже пробивает ее с разбегу. Притом с весны до поздней осени щука держится в таких местах, где неводная ловля немыслима.
Малоупотребительна, хотя очень легка, ловля щук петлями в летнюю жару, во время их “стойки” под берегом. Петля делается или из проволоки (лучше медной, отполированной), или свивается из волос (в 15—20 волос) и должна иметь 13—18 см в диаметре. Свободный конец его привязывается к легкой палке в 2—4 м длины или же к обыкновенному, но очень крепкому и негибкому удилищу. Высмотрев притаившуюся под берегом щуку, начинают потихоньку опускать шестик с петлей и осторожно надевать ее с головы; полусонная щука легко позволяет это сделать, иногда даже не слышит прикосновения силка и только при слишком бесцеремонном обращении немного отодвигается назад. Как только петля будет пропущена за голову, т. е. приблизительно на 1/3 всей длины щуки, резким ударом захлестывают петлю, и если рыба невелика, то тем же движением выкидывают ее на берег. При очень сильном ударе проволочный силок может перерезать небольшую щуку пополам. Всего удобнее для этой ловли небольшие речки.
 

[ Адрес ]

Раздел: пресноводные рыбы, щуковые рыбы, лососеобразные рыбы, щука | [ ]

Кумжа

Кумжа

Лососеобразная кумжа костная рыба семейства лососевые

Класс: КОСТНЫЕ РЫБЫ (OSTEICHTHYES)
Отряд: ЛОСОСЕОБРАЗНЫЕ (SALMONIFORMES)
Семейство: ЛОСОСЕВЫЕ (SALMONIDAE)
Вид: КУМЖА SALMO TRUTTA LINNAEUS, 1758

Описание лососеобразной кумжи костной рыбы семейства лососевые:

Тело вытянутое, торпедообразное, покрыто мелкой, плотно сидящей чешуей. В боковой линии 118-120 чешуй. Голова удлиненная. Рот большой. На челюстях много мелких, загнутых внутрь, острых зубов. В спинном плавнике 3-5 неветвистых и 8-11 ветвистых лучей, в анальном плавнике 2-4 неветвистых и 8-9 ветвистых лучей. За спинным плавником расположен жировой плавник. В период морского нагула имеет серебристую, иногда с желтоватым оттенком окраску. У молодых особей (пестряток) спина темно-бурая, бока желтовато-серые, брюшко светлое, с желтоватым оттенком. На боках тела имеются широкие, темно-серые поперечные полосы. Спинной плавник желтовато-серый с темными и красными пятнами. Анальный, грудные и брюшные плавники лимонно-желтые, передний край анального плавника белый. Хвостовой плавник оранжево-желтый, края оранжевые. По верхнему краю жирового плавника проходит оранжевая каемка, реже — оранжевое или розовое пятно. Голова и тело покрыты темными пятнами округлой формы. Вдоль боковой линии, а также выше и ниже нее имеются оранжевые и красные пятна.

Распространиение лососеобразной кумжи костной рыбы семейства лососевые:

Распространена по Атлантическому побережью Европы от Португалии до Белого моря включительно . Раньше поднималась по рекам Зап. Двина, Неман и Зап. Буг до пределов Беларуси. В настоящее время заходит на нерест по р. Вилия в ее притоки (Тартак, Дудка, Гоза, Ошмянка, Страча) и мелкие реки и ручьи Островецкого и Сморгонского р-нов.

Местообитания лососеобразной кумжи костной рыбы семейства лососевые:

Взрослые особи нагуливаются в море и в эстуариях рек, в реки заходят только на нерест. Молодь после вылупления некоторое время держится в нерестовых водоемах, после чего постепенно скатывается в море.

Биология лососеобразной кумжи костной рыбы семейства лососевые:

Проходной вид, совершает значительные по протяженности миграции к местам нереста. В водоемах нерест протекает в октябре-ноябре при температуре воды 3-5 оС, в теплые годы — до конца декабря. Нерест, как правило, происходит на мелководных участках реки с песчано-галечным грунтом и быстрым течением. Биология молоди в водоемах не изучена.

Основные факторы угрозы для лососеобразной кумжи костной рыбы семейства лососевые:

Строительство плотин на путях нерестовых миграций может привести к полному исчезновению кумжи в водоемах . Существенную угрозу представляет также несанкционированный вылов производителей на местах нереста.

Меры охраны лососеобразной кумжи костной рыбы семейства лососевые:

Основными мероприятиями для сохранения кумжи в водоемах являются обеспечение захода производителей к местам нереста; создание гидрологических или ихтиологических заказников.

КУМЖА. Проходная хищная рыба. Схожа с семгой, но несколько меньше, и в окраске имеются отличия: темные пятнышки разбросаны по всему телу, на боках они неправильной формы, на голове и спинном плавнике круглые.

Кумжа так высоко по реке, как семга, не поднимается, обычно останавливаясь у первого порога, который не в состоянии преодолеть. Обитает в бассейнах Балтийского, Белого, Черного, Каспийского и Аральского морей. Морским просторам предпочитает предъустьевое пространство рек. Держится здесь на твердом грунте по соседству с бурной струёй, за камнем. В отличие от семги питания не прекращает — охотится за мелкой рыбой. Достигает длины 70 см и массы 13 кг.

Нерестится в осенний период.

Кумжа широко распространена на территории Лоухского района и обитает во всех крупных озерах и реках. Все водосборы крупных озер и рек служат местом обитания карликовой формы кумжи называемой ручьевой форелью. В зависимости от условий среды обитания размеры кумжи значительно варьируют. Наиболее крупные особи встречаются в озерах Пяозеро, Панаярви, Тикша, Кукас, Нотозеро, Княжегубское водохранилища. Здесь встречается кумжа длиной 75-80 см и массой до 6-7 кг. В то же время в ручьях обитает форель длиной 15-18 см и массой 40-60 г со зрелыми половыми продуктами. Особенно много ее в ручьях и речках впадающих в Чупинскую губу Белого моря, Соностровскую салму. Средние размеры кумжи 42-44 см и масса от 1.5 до 1.8 кг. Окраска кумжи довольно изменчива. Типичная озерная кумжа имеет темную, почти черную спину, белую брюшину и серебристую окраску боков с темными х-образными пятнами, разбросанными по всей поверхности тела. При наступлении нерестового сезона у кумжи появляется брачный наряд, характерный для рода Salrno. Окраска кумжи из серебристой становится темно-желтой, иногда почти коричневой, появляется хрящевой отросток на конце нижней челюсти, утолщается кожный покров и чешуя частично врастает в эпителий. На нерест кумжа поднимается или скатывается из озер в реки.

Вкус мяса кумжи напоминает вкус семги, несмотря на то, что мясо ее более грубое и менее жирное. Почти весь улов этой рыбы идет в посол.
 

[ Адрес ]

Раздел: лососеобразные рыбы, кумжа | [ ]

Автор: Плюта М.В.

Семга

   / 08.01.2007 21:48 08.01.07  

Семга

Семга рыба лосось благородный

Наиболее известный вид лососей.

Эта крупная красивая рыба достигает полутора метров в длину и 39 кг веса. Тело лосося покрывает мелкая серебристая чешуя, пятна ниже боковой линии отсутствуют. Лосось в море питается мелкой рыбой и ракообразными, а входя в реки для нереста он перестает питаться и сильно худеет. Брачный наряд выражается в потемнении тела и появлении на боках тела и голове красных и оранжевых пятен. У самцов удлиняются и искривляются челюсти, на верхней челюсти образуется крючкообразный выступ, входящий в выемку на нижней челюсти. Места нагула семги — северная часть Атлантического океана. Отсюда она входит на нерест в реки Европы, от Португалии на юге до Белого моря и р. Кары на севере. Вдоль американского берега семга распространена от реки Коннектикут на юге до Гренландии на севере. В тихоокеанском бассейне есть несколько видов рода Salmo, но они малочисленны по сравнению с тихоокеанскими лососями рода Oncorhynchus. Ранее семга была чрезвычайно многочисленна во всех реках Европы, где имелись подходящие нерестилища. Вальтер Скотт упоминает о тех временах, когда шотландские батраки, нанимаясь на работу, ставили условием, чтобы семгой их кормили не слишком часто. Гидростроительство, загрязнение рек бытовыми и фабричными отбросами и главным образом чрезмерный вылов привели к тому, что это условие в наше время легко удовлетворить. Численность семги в настоящее время резко снизилась, и для поддержания стада широко применяют искусственное разведение на специальных рыбоводных заводах.

Ход лосося в реки довольно сложен. В наших реках, впадающих в Баренцево и Белое моря, с августа до замерзания идет крупная осенняя семга. Ее половые продукты развиты очень слабо. Ход прерывается с наступлением зимы. Часть осенней семги, не успевшей войти в реки, зимует в приустьевых пространствах и заходит в реку сразу же после ледохода (середина — конец мая). Такая семга называется «заледкой». Осенняя семга проводит в реке год, не питаясь, и лишь на следующую осень приходит на нерестилища. Создается впечатление, что эта форма нуждается в периоде покоя при пониженной температуре. Эту форму наш крупнейший ихтиолог Л. С. Берг назвал озимой по аналогии с озимыми злаками. Вслед за заледкой в июне входит в реки семга-"закройка", главным образом крупные самки с уже значительно развитыми половыми продуктами. В июле ее сменяет летняя семга, или «межень», у которой икра и молоки развиты хорошо. Закройка и межень достигают нерестилищ и откладывают икру в ту же осень. Это яровая форма. Вместе с меженью в реки входит «тинда» — мелкие (45-53 см длины и 1-2 кг веса) самцы, созревшие в море за один год. Многие (иногда до 50%) самцы лосося вообще не выходят в море. Они созревают в реке и имеют зрелые молоки уже при длине 10 см, поэтому среди осенней семги, заледки и межени преобладают самки. В некоторых реках вместе с осенней семгой входит «листопадка» — мелкая форма, похожая на тинду, но среди которой имеются и самки. Побыв в море всего один год, она возвращается на нерест и мечет икру в ту же осень, не нуждаясь в периоде покоя. На Кольском полуострове и в бассейне Белого моря ходы семги сжаты в 4-5 летних месяцев и прерываются ледоставом. Иная картина в реках Западной Европы. Там ход растягивается на весь год: лосось, соответствующий нашей осенней семге и залёдке, в Рейн идет в ноябре, закройка и межень — в мае, тинда — в июле. В Норвегии преобладает летний ход; по-видимому, то же можно сказать и о лососе американского побережья. По-видимому, озимая форма лосося не может превратиться в яровую, и наоборот. Точно так же неизвестно, могут ли из икры одной самки развиваться и яровые и озимые лососи.

Нерестится лосось осенью (сентябрь — октябрь) на севере и зимой — в более южных районах. Самка вырывает в песчано-галечном грунте большую (до 2-3 м длиной) яму и зарывает в нее оплодотворенную икру. Вот как описывает нерест лосося тонкий наблюдатель Фритч: «Самка ложится в яму, упирая голову в камень на краю ее. К ней в вечерние часы или рано утром подплывает самец и останавливается, держа голову около ее полового отверстия. Как только раздраженная присутствием самца самка выпускает немного икры, он устремляется вперед, задевая ее своим боком, и выпускает молоки. Затем он останавливается примерно в 1 м впереди самки и постепенно выпускает струю молок на икру, которая теперь целым потоком бежит из самки; последняя в то же время боковыми движениями хвоста забрасывает икру песком и галькой». Отнерестовавшие лососи сплывают вниз по течению, исхудавшие от долгой голодовки, израненные, с потрепанными плавниками. Часть их, особенно самцы, гибнет от истощения, но достигшие моря вновь приобретают серебристую окраску, начинают питаться и восстанавливают силы. Хотя смерть после нереста для благородного лосося не обязательна, как у кеты и горбуши, редкая рыба нерестится повторно. Отмечен единственный случай пятикратного нереста. Чем сильнее развит в реке промысел, тем меньше процент повторно нерестующих рыб.

Температура воды на нерестилищах лосося зимой не превышает 6°С, поэтому икра развивается медленно. Только в мае молодь вылупляется из икры и потом долгое время живет в пресной воде. Молодые лососи не похожи на взрослых рыб и раньше даже описывались как самостоятельный вид. Это бойкие и подвижные рыбки, пестро окрашенные, с темными поперечными полосками по бокам, с темной спинкой, покрытой коричневыми и красными круглыми пятнышками. На севере из называют «пестрятками». Пестрятки питаются в реках личинками ручейников, рачками, упавшими в воду насекомыми. Они очень медленно спускаются к устьям. Через 1-5 лет, достигнув размера 9-18 см в длину, они выходят в море. В это время у них исчезают темные полосы и пятна, и тело покрывается серебристой чешуей. Это превращение нередко называют смолтификацией от принятого и у нас английского названия серебристой стадии — «смолт». Но далеко не все пестрятки сплывают к устью и превращаются в смолтов. Значительная часть их остается на нерестилищах и там созревает. Это карликовые самцы, о которых уже упоминалось. Они принимают участие в нересте пришедших с моря рыб, когда главный самец, стоящий рядом с самкой, начинает отгонять крупных соперников. Самкам для созревания необходима миграция в море; в реках они, как правило, не созревают. Но если самку на стадии смолта пересадить в пруд и обеспечить обильным кормом, то в конце концов можно добиться ее созревания. В море лосось растет чрезвычайно быстро. Если за 3 года жизни в реке пестрятка вырастает на 10 см, то за один год жизни в море прибавляется 23-24 см (данные по реке Поной). Лосось — быстрая и сильная рыба и может предпринимать весьма продолжительные путешествия. Так, 10 августа 1935 г. в реке Выг была поймана семга, помеченная норвежской меткой 10 июня того же года у Тронхеймс-фьорда. Иными словами, она проплыла за 50 дней 2500 км со средней скоростью 50 км в сутки!

Лосось озерный (S. salar morpha sebago) — особая озерная форма лосося, которая существует в крупных северных озерах (оз. Венер, озера Лабрадора, у нас в Ладожском и Онежском и ряде других). Эта форма не идет в море, а нагуливается в озере и на нерест идет во впадающие в озеро реки. Озерный лосось обычно меньше проходного и более пятнистый, пятна на боках бывают и ниже боковой линии. Происхождение озерной формы станет понятным, если мы вспомним, что озера, в которых она водится, как правило, отделившиеся от моря заливы. Нередко в них живут и другие обитатели моря — четырехрогая рогатка (Муохосеphalus quadricornis) и солоноватоводные ракообразные. Но в общем, склонность к образованию жилых форм у благородного лосося гораздо меньше, чем у близкого вида — кумжи.

СЕМГА ПРОХОДНАЯ.

Проходная хищная рыба. Стройное, вытянутое, несколько сплющенное с боков тело цвета вороненой стали на спине, серебристое на боках, ярко-белое в брюшной части, темно-серые спинной и хвостовой плавники, остальные светлее, жировой плавничок, расположенный ближе к хвосту, как и у всех лососевых, темные пятнышки лишь выше боковой линии, большой зубастый рот.

Лосось — проходная рыба, которая предпочитает чистую, холодную воду. Нерестится лосось осенью — в октябре-ноябре, и места его размножения располагаются в проточных водах, а места роста и нагула — в море. Озерный лосось нерестится в озерах. Молодь питается насекомыми и водными беспозвоночными, взрослый лосось — рыбой, насекомыми и небольшими ракообразными. Для ловли лосося в основном используются воблеры, блесны, сухие мушки. В реках лосось чаще всего попадается с 15 июня по 30 октября.

Лучшее время для ловли лосося троллингом (дорожкой) в море — июнь-июль, а в озерах — ранняя весна и начало лета. Чаще всего ловится лосось весом от 4 до 20 кг, но попадаются и экземпляры весом более 20 кг.

Семга входит в реки, впадающие в Балтийское, Баренцево, Белое, Черное, Каспийское, Аральское (если еще сохранился!) моря. Отстаиваясь в реках или по пути к нерестилищам, семга не питается, а то, что она хватает приманку, очевидно, следует считать проявлением хищного инстинкта. Достигает длины полутора метров и массы 39 кг, черноморский лосось – 110 см и 24 кг, каспийский и аральский мельче.

Нерестится семга осенью при температуре воды не выше 6°С, откладывая икру в ямки. К этому времени вид рыбы резко меняется: на потемневшем теле, голове появляются ярко-красные пятна, челюсти у самцов искривляются и удлиняются. Многие рыбы, особенно самцы, после нереста гибнут. Обычно семга держится недалеко от поверхности и лишь в плохую погоду опускается ко дну, чаще на границе быстрого и замедленного течений, за камнем ниже или выше порога. О мощи семги можно судить хотя бы по тому, что при движении к верховьям на нерест она выпрыгивает из воды в высоту до 4 м, преодолевая таким образом пороги и водопады.

Из лосося можно приготовить много вкусных и полезных блюд. Если вам хочется экзотики, то обратите внимание на рецепты, где филе лосося перед запеканием или жаркой маринуя в смеси с добавлением пряностей. Если для вас важна простота блюда и сохранение естественного вкуса рыбы, то вам подойдут рецепты тушеного или отварного лосося с овощами и зеленью.
 

[ Адрес ]

Раздел: лососеобразные рыбы, семга | [ ]

Лососёвые рыбы

   / 01.01.2007 20:12 23.10.09  

Лососёвые рыбы

Радужная форель Salmo gairdneri irideus

Семейство лососёвые Salmonidae

Обычно длина тела до 70 см. По телу, особенно ниже боковой линии, разбросаны многочисленные мелкие черные пятна в виде черточек и точек. Они есть на спинном и анальном плавниках. У взрослых особей вдоль тела проходит широкая ярко-малиновая полоса. Окраска и форма тела очень вариабельны.

Естественный ареал охватывает пресные воды тихоокеанского побережья Северной Америки от Аляски до Мексики. Радужная форель прудовых хозяйств — продукт скрещивания различных форм лососевых и объект искусственного разведения и акклиматизации в различных странах, в том числе и в России. Гибриды, по сравнению с ручьевой форелью, обладают более высоким темпом роста и легко переносят изменения температуры воды от 0 до 30 °С (оптимум 20 °С ). В естественных водоемах гибриды оказывают серьезную конкуренцию практически всем лососевым.

Нерест в России происходит с февраля до июня, на мелководных участках с каменисто-галечным грунтом. Икра донная, желтовато-оранжевого цвета, диаметром до 6,5 мм. Развитие длится до 2 месяцев. Половая зрелость наступает на 3-4 году жизни.

ЩУКА (Esox lucius)

Osteichthyes / Salmoniformes / Esocidae / Esox lucius

ЩУКА (Esox lucius) распространена циркумполярно, в северных водах Европы, Азии и Америки. Ее ареал – один из самых обширных ареалов среди пресноводных рыб. Обыкновенная щука встречается в России в бассейнах Черного, Азовского, Каспийского, Аральского, Балтийского, Белого, Баренцева морей, Северного Ледовитого океана и Охотского моря (р. Анадырь, некоторые реки северо-западной части Камчатского полуострова). Нет ее только в озерах Иссык-Куль, Балхаш, в водоемах Крыма и Кавказа, бассейне Амура. Обыкновенная щука достигает длины более 1,5 м, веса 35 кг и более. Держится среди зарослей водной растительности. Окраска тела пятнистая, светлые полосы располагаются поперек и вдоль тела. В зависимости от характера и степени развития растительности прибрежной зоны щука имеет серо-зеленоватый, серо-желтоватый или серо-бурый цвет, спина темная, брюхо беловатое, с серыми крапинками. Спинной, анальный и хвостовой плавники буроватые, с черными пятнышками, грудные и брюшные — желтовато-красные. В некоторых озерах встречается щука серебристой окраски. Щука предпочитает реки с замедленным течением, озера, хорошо переносит кислую реакцию среды, может жить в водоемах с рН 4,75; при снижении содержания кислорода до 3,0—2,0 мг/л наступает угнетение дыхания и в заморных водоемах щука зимой погибает. Щука имеет удлиненную, стреловидную форму. Голова сильно удлиненная, нижняя челюсть выдается вперед, зубы на нижней челюсти имеют разный размер и служат для захвата жертвы. Зубы на остальных костях ротовой полости более мелкие, направлены острыми концами к глотке и могут погружаться в слизистую оболочку, покрывающую кости. Поэтому добыча легко проглатывается щукой, а если она пытается вырваться, то зубы приподнимаются из слизистой оболочки и впиваются в нее подобно тысяче иголок. Щуки неподвижно стоят среди зарослей и внезапно бросаются на добычу. Добыча заглатывается только с головы. Если щука схватила ее поперек тела, то, прежде чем проглотить, она быстро поворачивает ее головой в глотку. Ориентируется щука при нападении на добычу зрением и боковой линией, органы которой хорошо развиты на голове (особенно на нижней челюсти) и на теле. У щуки происходит смена клыков на нижней челюсти. Внутренняя поверхность нижней челюсти покрыта мягкой тканью, под ней располагаются косые ряды из 2—4 замещающих зубов, примыкающих к каждому клыку, с которым они образуют единую группу (семью). Когда рабочий зуб выходит из употребления, на его место становится своим основанием соседний замещающий зуб той же семьи. Сначала он шатается, затем укрепляется, плотно прирастая к лежащей под ней кости. Зубы у щуки меняются неодновременно. В одно и то же время одни семьи кончаются на краю челюсти старым рассасывающимся зубом, другие — крепким, рабочим, третьи — еще не окрепшим, молодым, недавно ставшим на рабочее место. Подобное состояние зубов наблюдается у щуки в разное время года. Тем не менее не исключена возможность, что в одни сезоны больше семей меняют зубы, чем другие, и в это время щука избегает брать крупную добычу. Щука мечет икру при температуре 3—6°С, сразу после расплавления льда, у берегов на глубине 0,5—1 м. Во время нереста щуки выходят на мелководье и шумно плещутся. Обычно сначала подходит самая мелкая, затем средняя и крупная щука. В период нереста щука очень доступна и ее нередко бьют острогой, глушат топором, стреляют из ружья; истребление ее в это время наносит непоправимый вред численности щуки. Надев резиновые сапоги, можно зайти в воду и следить за щуками, нерестящимися у самых ног. Держится щука в это время обычно группами: 2—4 самца около одной самки, а около крупных самок и до 8 самцов. Самцы всегда мельче самок. Самка плывет впереди, самцы следуют за ней, отставая на половину длины ее тела. Они или прижимаются с боков к самке, или стараются держаться непосредственно над ее спиной. Из воды все время появляются спинные плавники и часть спины рыбы. Щука трется о кусты, пни, стебли рогоза и другие предметы. На одном месте рыбы долго не задерживаются, все время перемещаясь по нерестилищу. В это время и выметывается икра. В конце икрометания все особи нерестующего гнезда бросаются в разные стороны, вызывая сильный всплеск; при этом самцы иногда выскакивают на поверхность воды. Одна самка щуки в зависимости от размера мечет от 17,5 до 215 тыс. икринок. Икра крупная, около 3 мм в диаметре, слабоклейкая, сильно разбрасывается самкой и приклеивается к растительности, но легко отпадает при встряхивании. Через 2—3 дня клейкость исчезает совсем, икринки осыпаются и до конца развития лежат на дне. Возможно, что иногда икра сразу может откладываться на дно. Так, в дельте Лены, в начале Быковской протоки, текучие самки и самцы щуки ловились в заливчике с каменистым грунтом, где полностью отсутствовала какая-либо растительность. Нормальное развитие икры щуки на дне в мелкой непроточной воде возможно лишь потому, что в весеннее время при низкой температуре воды кислородный режим там относительно благоприятен. Если после нереста щуки следует быстрый спад воды, то это приводит к тому, что отложенная икра погибает. Подобное явление часто имеет место в водохранилищах, уровенный режим которых очень неустойчив. Весной в реках щуки вместе с разливом заходят в пойменные озера. Через некоторое время связь этих водоемов с рекой прерывается. Жизнь молоди, вылупившейся из отложенной икры, протекает в таких условиях иначе, чем в реке. В зависимости от температуры развитие икры продолжается 8—14 дней. Внезапное понижение температуры может вызвать ее гибель. Вылупившиеся личинки имеют длину 6,7—7,6 мм. По мере рассасывания желточного мешка личинки переходят на питание внешней пищей: маленькими рачками — циклопами и дафниями. При длине 12—15 мм щуки могут захватывать личинок карповых рыб. Нерест карповых рыб обычно проходит позднее щуки, и личинки их имеют небольшие размеры, доступные для захвата молодью щуки. Но переход на рыбное питание при таких размерах не закономерное явление; чаще молодь питается более крупными беспозвоночными: личинками хирономид, поденок, водяным осликом. После достижения щукой 5 см она почти полностью переключается на потребление молоди других рыб, преимущественно карповых. Если щуку таких размеров держать в аквариуме и кормить мелкими ракообразными, она погибает, так как траты энергии на добычу корма не восполняются питательными веществами, поступившими с добычей. Переход щуки на хищное питание при этих размерах — явление обязательное. В пойменных водоемах, рано потерявших связь с рекой, после спада полых вод отсутствует молодь других видов рыб и условия питания щук складываются крайне неблагоприятно. Поэтому рост их идет неравномерно, разница в длине и весе разных особей велика. Крупные щуки могут превышать мелких в 2—21/2 раза. Мелкие особи являются доступной добычей для крупных, и последние охотно ими питаются. Питание себе подобными называется каннибализмом. Иногда щуки длиной 3,1—4 см являются уже каннибалами. Обычно каннибализм проявляется у щук более крупных размеров, 10 см и более. Польский натуралист А. Фидлер в книге «Канада, пахнущая смолой» описывает озера, где «не видно никаких других рыб, кроме щук. Одни щуки. Но еще более странно их неимоверное количество, неправдоподобное, почти чудовищное. Достаточно забросить где-нибудь удочку — в любую пору дня и при любой погоде, как на приманку набрасывается глубинный разбойник. Сначала я удивлялся: чем кормится столько щук, если у них нет на прокорм других рыб? Исследование желудков щук раскрыло все. Маленькие щуки, длиной в палец, глотают преимущественно водяных блох, которыми кишат озера. Одно— и двухфунтовые подростки питаются этими щучками и рачками; щуки в десять—двадцать фунтов пожирают, как правило, щук поменьше. Таким образом, подводный мир здесь основан на иерархическом пожирании собственного потомства и, видимо, только огромной плодовитости обязан тем, что потомства все еще достаточно». Пища щуки разнообразна в зависимости от обстоятельств. Обычно она потребляет наиболее многочисленных рыб. В озерах и водохранилищах ими будут плотва, окунь, ерш, лещ, густера. В реках в пище щуки увеличивается значение типично речных рыб — пескаря, гольца, гольяна, щиповки, бычка-подкаменщика и др. Весной щука охотно поедает лягушек. Известны случаи, когда щука утаскивала в глубину реки мышей, крыс, куликов и даже белок, переплывающих реки. Крупные щуки способны напасть на плавающую утку, и их называют в таком случае «утятницами». Щуки способны захватывать крупных рыб, длина и вес которых составляют около 50% от длины и веса хищника, а иногда достигают 61—63%. В питании щук среднего размера, около полуметра, преобладают многочисленные и малоценные рыбы, поэтому щука является необходимым объектом рационального рыбного хозяйства в озерах. В ее отсутствии или при малочисленности резко возрастает численность мелкого ерша, окуня. В водохранилищах создаются благоприятные условия для откорма щуки, но условия размножения в них благодаря колебанию уровня в период нереста неблагоприятны, и численность ее низкая и значительно колеблется в разные годы. Поэтому там нередко создают специальные нерестовые пруды. Щуку довольно широко разводят в прудовых хозяйствах. Во Франции из общей площади прудов в 100 тыс. га более 50 тыс. га отданы под разведение щуки. Мясо щуки, содержит 2—3% жира, является диетическим продуктом, особенно если рыба поступает для потребления в свежем виде. Темп роста щуки меняется в широких пределах в зависимости от условий питания, особенно в первые годы жизни до наступления половой зрелости. Щука достигает длины более 1,5 м и веса более 35 кг. Максимальный возраст щуки в промысловых уловах в настоящее время, а также несколько веков тому назад не превышает 20 лет. Есть сведения о поимке 33-летней щуки. Встречающиеся в научно-популярной литературе рассказы об удивительной долговечности щук следует отнести к категории легенд. Особенной популярностью пользуется история «гейльбронской щуки», которая якобы была императором Фридрихом II лично поймана, помечена золотым кольцом и выпущена в 1230 г. в озеро Бёккинген, близ Гейльбронна (бассейн Неккара), а затем была поймана через 267 лет, достигнув длины 570 см и веса 140 кг. Позвоночник щуки был передан на хранение в собор в Мангейме. Этот рассказ вызвал интерес и недоверие у многих исследователей. Немецкий натурфилософ Окен подробно изучил историческую хронику тех времен и выяснил, что Фридрих II в это время жил в Италии и не мог произвести мечение. Удалось исследовать позвоночник гигантской щуки, выставленной в соборе Мангейма, и оказалось, что он является фальсификацией, будучи составленным из позвонков нескольких щук. Л. П. Сабанеев в известной книге «Жизнь и ловля пресноводных рыб» пишет: "Под Москвой при чистке Царицынских прудов (в конце прошлого столетия, то есть в XVIII в.) была поймана трехаршинная щука с золотым кольцом в жаберной крышке с надписью: «Посадил царь Борис Федорович». Но, вероятно, и эта история, несмотря на внешнюю правдоподобность, является рыбацкой сказкой. В естественных водоемах самцы щуки размножаются на четвертом, реже на третьем, самки на пятом году жизни. Самки крупнее самцов. Самцов и самок можно различить по форме мочеполового отверстия, которое— у самцов имеет вид узкой продолговатой щели, окрашенной под цвет брюшка, заканчивающейся узкой поперечной щелью. У самок мочеполовое отверстие — овальное углубление, окаймленное возвышением в виде валика светло-розового цвета, который нависает над поперечной выемкой и закрывает ее. Щука — желанная добыча для рыболова-спортсмена, ее ловят спиннингом, на блесну, на живца, ставят жерлицы. Этому занятию предаются люди разного возраста, разных профессий. О рыбной ловле, и особенно о ловле щук, написано много рассказов, стихов.
 

[ Адрес ]

Раздел: лососеобразные рыбы | [ ]